— Теперь моя очередь, — хрипло прошептал Артур, схватившись за края моей водолазки.
Я плавилась в руках любимого мужчины. Каждое прикосновение было искрой разжигающей пламя в моей груди. Мы пили друг друга и не могли насытиться. Губы Артура оставляли обжигающие поцелуи на ключице, и когда они сомкнулись на груди, я захлебнулась в собственных ощущениях нежности и страсти.
Мне пришлось схватиться за его плечи, чтобы не рухнуть от ноющей, пульсирующей боли внизу живота. Из горла вырвался всхлип от томительной, чувственной ласки. Переместившись в душевую кабину, мы продолжили игру, что доводила нас обоих к крайней точки кипения.
Моя ладонь сомкнулась на возбужденной плоти. Артур вздрогнул, тяжело задышав. Его грудь вздымалась от частых вздохов, руки до боли сжимали кожу на талии. Прикусив его плечо, я буквально услышала как лопнула струна его сдержанности.
Он одним рывком развернул меня, припечатав грудью к холодной кафельной стене.
— Хватит этит игр, — рыкнул Артур, прикусив мочку уха.
Ощущение наполненности, чистое наслаждение, которое он смог дать мне всего одним движением. Я получила то что так хотела. Артур держал меня на грани, не давая сорваться вниз. С каждым движением его бедер, я умирала, чтобы нежный поцелуй вернул меня к жизни. Кусая губы, я горела на костре страсти. Он стал моим ураганом, что смог поднять меня ввысь. Мой демон... Моё пламя...
Мои стоны, его рычание слились воедино. Эта музыка играла только для нас двоих. Оргазм как бушуещее цумани накрыл нас с головой одновременно. Я потеряла нить с этой реальностью, и лишь сильные руки прижимаюшие меня к груди за спиной, не дали потерять сознание от наслаждения.
Мы сидели на полу душевой кабины. Устроившись между ног Артура, откинула голову на его плечо. Теплая вода падала на нас тяжелыми каплями, смывая следы безумия, что происходило между нами мгновение назад.
— Мы вернем Маришку, — проговорил Артур, крепче прижимая меня к себе.
— Я знаю, — потеревшись щекой о его плечо улыбнулась, — я верю тебе.
— Ты дрожишь, — резко подхватив меня на руки, он вышел с душевой.
Сердце защемило от нежности, когда Артур бережно начал вытирать меня полотенцем. Пусть думает, что я замерзла или мне страшно за жизнь подруги. Пусть это, но только не правду. Мне хочется плакать от бессилия, от того что больше никогда не смогу поцеловать любимого мужчину. Но я должна отыграть до конца.
Укутав меня в пушистый халат, Артур снова подхватил на руки и отнёс в спальню. Уложив в кровать, он прилег рядом, обняв руками.
— Как ты себя чувствуешь? Рука не болит? — каждое слово, новый поцелуй на внутренней стороне ладони. В глазах защипало. Мне пришлось зажмуриться, чтобы он не увидел моих слез.
— Прости меня...
— За что? — заглянув в мои глаза, Артур провел большим пальцем по губам, — ты успела что-то натворить, чертовка?
Показав зубы, укусила его за пальцы, заставив Артура рассмеяться. Он резко опрокинул меня на спину нависнув сверху.
— Я о том, что против воли связала нас.
— Я не сопротивлялся, — лукаво проговорил он, поглаживая пальцами бедро.
Наглая ручища забравшись под халат, самым отвратительным способом отвлекала меня от разговора.
— Не мешай пожалуйста, — недовольно пробурчала я, попытавшись убрать вредную конечность. Он всё ближе подбирался к центру моей вселенной наслаждения, а я хотела поговорить. Не хочу чтобы между нами осталась недосказанность. Я должна уйти, зная, что мы наконец-то всё решили между нами, — ты был в отключке тогда.
Артур шумно выдохнул сквозь стиснутые зубы. В глубине его глаз я увидела раздражение. Так нелюбима мной хмурая складка снова показала себя во всей красе.
— Слушай меня внимательно, — рыкнул демон. Испуганно вжавшись в подушку, желала вообще провалиться под землю.
— А может ненадо? — жалобно пропищала я, уже жалея, что начала этот разговор.
— Надо, — снова рыкнув, Артур неожиданно улыбнулся, — ты засела мне в голову как только я тебя увидел в кинотеатре. Потом ты стала моим напарником. Наглая девчонка, с кучей секретов за спиной. Но я полюбил тебя гораздо раньше, чем узнал о ритуале. Поверь, Веслава я ни о чем не жалею. Ты та кто мне нужен, просто поверь.
Не говоря больше ничего, я его поцеловала. Он не жалеет и это самое главное. Пусть между строк, но он признался в любви. Мне стало ещё хуже, но часть груза ушла. В груди стало пусто.