— Где Маришка?
— Она в безопасности, — услышав голос Артура над головой, испуганно вздрогнула спрятав лицо в ладонях, — Лилея, твоим сестрам нужна помощь.
Артур присел рядом со мной, медленно убрал руки от лица. Как только посмотрела в его глаза, я пропала. Окружающий мир исчез, все звуки ушли на второй план, оставив только наше биение сердец. Я сама потянулась к нему первой, потому-что хотела снова ощутить тепло своего мужчины.
— Я очень зол на тебя, ведьма, — хрипло проговорил Артур прижимая меня к себе.
— Заткнись, — не менее хрипло ответила в его губы.
Поцелуй любимого мужчины лучшее лекарство. Он мой источник силы, и никто другой. Я буквально переползла на колени Артура, вкладывая в поцелуй все свои чувства. Я забыла о сражение, обо всем на свете. Сейчас важен только он.
— Эй, голубки, — из сладкой неги нас вырвал веселый голос Стаса, — потом продолжите, у нас дела не ждут.
Сквозь портал прошли не только Артур и Стас. С ними прибыл Кирилл и десяток бойцов патруля. Благодаря им, чаша весов сдвинулась с мертвой точки. Мы смогли достойно ответить шайке Кхили.
Мои плети со свистом рассекали воздух, искры от них жалили болючими иглами. Артур прикрывал меня со спины, темной энергией поражая противников. Среди этой толпы, я четко разглядела сверкающие крылья Стаса и острые когти Кирилла. Это был наш последний завершающий бой с темными силами. Именно сегодня все закончиться.
— Веслава, — рыкнул Артур, толкнув меня в сторону и на место где я стояла врезался огненный вихрь, — смотри по сторонам.
— Сам смотри, — огрызнулась в ответ, перехватив летящий в него кинжал.
— Вы такие милые, когда ругаетесь, — хохотнул Стас, одним ударом нокаутировав сразу двоих.
— За собой смотри, — выставив щит перед братом, Артур принял удар огненного града.
Мы практически разбили Логово Кхили. Мы были в шаге от победы, пока пространство не оглушил полный боли крик Аделины.
Резко обернувшись, увидела как плечо женщины проткнул клинок Кхили.
— Каждый кто дорог тебе, Кордейлин умрет сегодня, — прошипела мать, ногой ударив Адель в грудь.
Сердце сжалось от леденящего душу ужаса, когда Кхили достала горсть синих камешков.
Вот зачем ей нужны были все жертвы. Она собирала частицы их магии, чтобы сделать камни призыва жнецов. Один из этих потусторонних убийц способен выкосить половину нас, а несколько убьют всех.
Все затаили дыхание. Одно движение, и нам крышка. Но Кхили тянула, а значит у меня есть несколько секунд, чтобы сделать то, что я должна.
Артур задвинув меня себе за спину, напряженно сжимал в руке рукоятку клинка. Стас и Кирилл стали по обе стороны от нас, готовясь мгновенно отреагировать, чтобы прикрыть наши спины.
— Ты должна бежать отсюда, — тихо проговорил Артур, толкнув меня в сторону дома, — мы попытаемся отвлечь их.
Закатив глаза, сдержала ехидное замечание касательно его сообразительности.
— Им я нужна живой, а вот вы... — набрав в легкие побольше воздуха, сделала единственное, что пришло в голову. Оттолкнув Артура в сторону, заорала во всё горло. — Мамочка! Я всё осознала. Прости меня, умоляю.
В этой зловещей тишине, что была вокруг нас. Я отчётливо услышала грохот падения десятка челюстей. Не только наших людей, но и соратников Кхили. Со стороны Артура, в спину ударила волна негодования и раздражения. Даже раненая Адель, казалось бы после моего крика забыла о боли. Она растерянно хлопала ресницами, и не понимала, что происходит. Я и сама не понимала, но таким глупым образом смогла выиграть нужные минуты.
— Что ты делаешь? — осипшим голосом сказал Стас, первым справившись со ступором.
«Imperium sanguis mea... » — прошептал мой внутренний голос слова из заклинания.
— Отвали, Стас, — рыкнула на парня, вкладывая в своей голос побольше убедительности. Они должны хоть не много, но поверить мне. По мне изрыдалась красная ковровая дорожка.
Посмотрев на мать, увидела в её взгляде недоверие. Она сжала камни в руке, но не пошевелилась. Капля пота скатилась по спине, холодной неприятной линией. Я волновалась, и немного боялась. Кхили ожидала развязки спектакля, не поверив в искренность моих слов.
«Flamma anima mea... »
— Кордейлин, ты решила наконец-то принять правильный выбор? — наклонив голову озвучила свой вопрос мать.
Мысленно хмыкнув, сдержала ехидную ухмылку, что так и норовила показаться на моем лице.
— Я хочу жить, но... — сглотнув, дрожащим голосом продолжила, — я сделала свой выбор.