— Хорошо, постой, глупая! — сердито кряхтит мне вслед Гордевна, нагоняя. — Ладно. Твоя взяла. Муська, отведи эту дурёху к озеру. Давай! На озеро! — командует она, обращаясь к стрекочущей на её плече недовольной белке.
Я недоверчиво качаю головой. Господи, я что, в сказку попала? Мне идти за этой мелкой стервой? А что потом? Пирожки из волшебной печки съесть или колобка при встрече?
— Иди с ней, Настя, Муська отлично знает дорогу, — немного раздражённо выговаривает сумасшедшая. — Послушайся старую ведьму. А если сама пойдёшь, можешь случайно в болото или капкан попасть. По темноте опасно гулять в лесу.
В этих своих по-детски салатовых сапогах на ведьму она совсем не похожа. Но, может быть, современные ведьмы именно так и выглядят, откуда мне знать?
— Капканы? — всё ещё упрямлюсь я. Мы с рыжей зверюгой смотрим друг на друга чуть ли не с ненавистью. — На кого?
— Так я же говорю, волки шастают, — качает головой Гордеевна. — Трудная ты какая. Иди, как старшие велят.
Вокруг слишком быстро сгущается темнота и спорить нет времени. Хорошо, белочка так белочка. Я бормочу тихое «спасибо» и «до свидания», а потом, спотыкаясь, торопливо спешу за стрекочущей впереди Муськой. Та скачет по деревьям и иногда спрыгивает на траву, всегда оставаясь в зоне видимости.
Лунный свет медленно заполняет уголки чащи, до которых может дотянуться, искажая формы и превращая мою дорогу в квест. Всё покрывается туманной дымкой, звуки становятся пугающе громкими и резкими. С приходом ночи лес словно оживает. С каждым шагом меня всё больше охватывает ощущение, что надвигается что-то опасное, из оврагов тянутся чьи-то жадные щупальца, а в спину кто-то смотрит.
Останавливаюсь отдышаться и пугливо озираюсь. Во тьме слышен шорох. Замечаю движение. Из-за пышных елей мелькают жёлтые огоньки. Глаза? Тело сковывает паника. В ушах шумит. Сердце колотится, как бешеное. Я срываюсь с места, но двигаюсь резко и неуклюже. Пару раз падаю. Муська верещит. Мне тоже хочется кричать от ужаса, а ведь я никогда не боялась темноты. В голове почти нет мыслей, кроме одной — скорее добраться до озера, словно там меня ждёт спасение.
Странно это — хотеть утопиться и при этом бояться чудовищ… Но я не думаю ни о чём, меня гонит страх.
За спиной вдруг слышится вой.
Волки?! Только не это! Гордевна не обманула. И я ой как не хочу попасть к ним в пасть!
«Пожалуйста, пожалуйста, помогите!» — мысленно кричу я, перепрыгивая через раскидистые корневища кедров и упавшие тонкие берёзки. Несусь со всех ног за рыжей точкой, мелькающей перед носом. Муська не даёт мне сбиться с пути, и я молю её скорее довести до меня до цели, уже не понимая, зачем мне это надо. Лучше бы я осталась дома!
Между деревьев мелькают голубые блики! Это озеро! От лунного света оно сияет, как будто волшебное зелье. Задыхаясь, я из последних сил бросаюсь вперёд и вдруг вижу перед собой силуэт огромного животного. Пугающе-чёрный на фоне призрачно-голубого света.
Нет! А-а-а-а! Со всего маху поскальзываюсь, лечу навстречу хищнику и вдруг падаю вниз. Качусь колобком, собирая по пути грязь. Ветки хлещут по лицу, рвут мою одежду, джинсы. Во рту комья лесной земли, следом за ней песок забивает глаза и уши. Один кроссовок слетает, и я с шумным всплеском оказываюсь в ледяной воде.
Адреналин или, возможно, страх погибнуть от пасти огромного дикого зверя подстёгивают меня подскочить на ноги, словно я чёртик из табакерки. Отплёвываясь от мокрой грязи, я смотрю вверх на небольшой обрыв, откуда сорвалась, и в ужасе шагаю дальше в холод голубых вод.
Угрожающе оскалившись и рыча, там стоят два крупных волка. Один чёрный, а другой с седоватым окрасом. Мощные и опасные. Крик замирает где-то в солнечном сплетении. Я разеваю рот, как рыба, переводя взгляд с одного чудовища на другое. Что мне делать? Только идти в глубину, как я и хотела. Выбора больше нет. На этом мой путь завершается. Вся моя жизнь проносится перед глазами — детство, улыбка матери, её добрый взгляд, первый поцелуй Саши и кружащие над нами снежинки, и первое дочкино «Мама»…
Я поднимаю руку, в которой всё это время крепко держала смятую фотографию своих любимых. Их синие глаза всё так же смеются сквозь трещины и грязные разводы, глядя на меня с озорством и теплотой.
— Я иду к вам! — шепчу сорванным голосом, пятясь назад.
И вдруг за спиной раздаётся всплеск, словно из озера ко мне выходит ещё одно чудовище. Мамочка!
Дрожа всем телом, как лист на северном ветру, медленно оборачиваюсь. И первое, что вижу, это исполинскую фигуру человека. Полностью обнажённого мускулистого мужчину, от которого пышет паром во все стороны, словно он пришёл из самого Ада. С тёмных длинных волос на небритый крепкий подбородок стекают капли воды, а чёрные глаза, подсвеченные голубым, смотрят на меня не хуже волчьих. С жестокой яростью демона.