Мэри засмеялась.
— Напиши ему правду, это лучше всего. — улыбнулась Мэри и спросила. — Останешься сегодня?
Ханна поторопилась согласиться. Теперь ей нужен был отдых после долгой дороги.
Женщина показала дом, комнату Алекса, в которой казалось он спал еще вчера. Потом они еще немного посидели у камина в комнате, где была библиотека, наблюдая как догорают обуглившиеся поленья, и разошлись. Ханна приняла душ и ушла в комнату Алекса. Он даже себе представить не мог, что Ханна лежит в его кровати и пьет чай с его мамой. Она долго думала про парня, разглядывая его фотографии на стене. На одной из них Алекс был юн, а рядом с ним обнявшись стояла Мэри и по видимому его отец. Ханна вдруг вспомнила Николь, когда женщина, увидев Алекса сказала, что тот похож на Виктора как две капли воды. Она сравнила фото парня и его отца, но схожих черт не нашла, да и Алекс был скорее похож на маму. Значит это не мог быть Виктор.
Девушка легла на расстеленную для нее кровать, но еще долго не могла уснуть, думая о своем небольшом путешествии. Она гордилась собой, что не струсила, что решилась и дошла до конца. Теперь для нее многое стало понятным. Она наконец узнала, что Алекс тоже искал ее и страдал от этого не меньше. Теперь она чувствовала себя удовлетворенной, тем, что ей больше не придется гадать и придумывать сюжеты и строить догадки, она узнала правду, и эта правда была лучше ее выдуманной. Пускай Ханна не застала его дома, но это дело времени.
Проснулась девушка от того, что кто-то шумел на кухне. Она взглянула на часы над дверью, было одиннадцать утра, она проспала больше двенадцати часов, и наконец выспалась. Этим утром Ханна встала бодрой и энергичной, ей захотелось что-нибудь скорее сделать, куда-нибудь пойти, где-нибудь прогуляться. За окном было пасмурно, но это совсем никак не испортило ее настроения. Одевшись она пришла на кухню, Мэри возилась с тестом, лепила пирожки.
— Дорога тебя измотала. — не отрываясь от своего занятия молвила хозяйка.
— Доброе утро! Я давно так сладко не спала.
— Умывайся и приходи завтракать, я сварила фруктовый чай.
На кухне и вправду пахло фруктами и свежим хлебом, этот аромат создавал в доме некий уют и безопасность. Девушка не чувствовала себя чужой и намеревалась задержаться здесь хоть ненадолго.
После завтрака, когда Ханна уплела с чаем треть пирога, Мэри вдруг спросила:
— Не хочешь отправить письмо? Если положить в ящик до трех, сегодня оно уже будет в пути.
— Хорошая идея. Только я даже не знаю, что ему написать, может мы напишем его вместе? — предложила, улыбнувшись девушка.
— Так и сделаем. Тогда я сейчас принесу лист и ручку.
Они сели за кухонным столом. Писала Ханна, а Мэри ходила то в одну, то в другую сторону. Ханна изложила то, что считала наиболее уместным, кое-что дополнила Мэри. Девушка в письме извинилась за недоразумение и объяснила, почему не смогла прочесть записку, которую Алекс ей оставил восемь лет назад. Она написала, что непременно ждет встречи. Что готова ждать, если это потребуется.
Хозяйка принесла чистый конверт и указала адрес. Все было готово, оставалось приклеить марки и положить письмо в ящик. Мэри ушла одеваться. Ханна тоже достала из машины новый наряд.
Почта была в соседней деревушке, до которой вела узкая извилистая дорога. Мэри отнесла письмо и попросила подвести ее к ларьку, где она покупала муку и другие необходимые продукты. С ларька она вышла с двумя большими пакетами и медленно передвигая ноги направилась к машине. Ханна выбежала помочь, но та лишь замотала головой и попросила открыть двери.
— Не сочти за наглость. — улыбнулась Мэри, сев в автомобиль, шелестя пакетами. — Раз уж ты на машине, может мы заедем еще в одно место?
— Без проблем. Я к вашим услугам Мэри, не стесняйтесь, говорите, чем я могу помочь.
Мэри показала дорогу, которая вела к большой красивой церкви из красного кирпича и большими заостренными к верху окнами. Там был небольшой магазинчик с ритуальными товарами. Они взяли по букетику, одну большую лампадку и направились к местному кладбищу, находившемуся немного дальше. Начал моросить мелкий дождь. Всю дорогу женщины молчали, каждый задумавшись о чем-то своем. Дождь усилился. Автомобиль подкатил к центральным воротам кладбища, где аккуратно в рядок располагались одинаковые гранитные плиты. Здесь все было по ниточке: ровные дорожки, усыпанные белой галькой, низко выстриженный и еще немного зеленый газон, у каждой из плит стояла небольшая клумбочка с живыми ярко желтыми растениями. Ханна и Мэри сидели и молчали, пережидая дождь.