— Я поговорить пришел. — Эрик выставил руки перед собой в примирительном жесте и сделал шаг.
— Ни шагу больше! — прокричала Адалинда и замахнулась горящей рукой.
— Да послушайте же вы! — Эрик подошел ближе, и Адалинда швырнула огненный шар. Он едва успел увернуться, и шар вылетел в открытую дверь. Маккензи взвизгнула. — Я не убивать пришел! Я лишь хочу…
— Бабушка, прекрати! — Макки выбежала из укрытия и закрыла Эрика собой. — Ты же видишь, что он безоружен!
— Зато я с оружием…
Эрик и Маккензи обернулись. В лавку вошел Виктор, держа пистолет перед собой. Эрик испуганно раскрыл глаза и за долю секунды до того, как Виктор нажал на курок, успел толкнуть Маккензи. Та споткнулась и упала. Прогремел выстрел, и гильза звонко покатилась по полу...
В ту же секунду Адалинда бросила клинок. Она надеялась, что попадет в Виктора, но острие полоснуло плечо Эрика. Толкнув Маккензи, он сам подался вперед, из-за чего пуля попала ему в районе ключицы. По инерции его слегка развернуло, поэтому острие клинка пролетело мимо, задев его плечо. Он упал, потеряв сознание.
Виктор, увернувшись от клинка, попытался выстрелить снова, но под ногами разбилась банка с чем-то противным. Запах был настолько мерзким, противным и едким, что зарезало в глазах, от чего он потерялся в пространстве.
Маккензи, сама не понимая, откуда появились силы и смелость, кинулась на него и выбила из рук пистолет. Она толкнула его, и Виктор оказался на улице.
— Ты…
— Волко́рис![4] — Маккензи взмахнула рукой. Такое заклинание она слышала от бабушки сегодня перед тем, как самой провалиться в пустоту. Не знала, что оно значит, но… Это сработало!
Виктор мгновенно упал около «жука». Макки, испугавшись, взглянула на свою руку, а потом на него. Он лежал без сознания на мокром от дождя асфальте.
— Бабушка! — прокричала Маккензи и побежала в лавку. — Я… Я… — Она буквально задыхалась, то и дело оглядываясь на безжизненное тело. — Я убила его! Убила!
Истерика накрыла ее. Она заплакала и хваталась за ворот бабушкиной куртки. Адалинда посадила внучку на пол и побежала к Виктору. Упав перед ним на колени, она прощупала пульс. Жив…
— Ты не убила его. — Адалинда вошла в лавку и села рядом с ней. — Что ты сделала?
— Я… — Заикаясь, Маккензи вытерла слезы и прерывисто вздохнула. — Я сказала «волко́рис».
— Молодец. — Адалинда тихо рассмеялась. — Запомнила. Ты просто его усыпила. Таким способом я тебя усыпляла сегодня.
— Но… — Взгляд Макки зацепился за ногу Эрика, который лежал за стеллажом. — А он…
— Он тоже жив. К сожалению.
— Бабушка! — воскликнула она и повернулась к ней.
Маккензи подползла к нему. Эрик лежал на полу без сознания. Куртка цвета хаки окрасилась в красный в районе правого плеча. А на плече левой руки едва заметно светилось ранение от клинка. Она повернулась к бабушке.
— Это помогает ему не истечь кровью, — ответила Адалинда на немой вопрос. — Клинок был пропитан зельем вечного сна. Поэтому пока его ублюдок-отец не очнулся, нам нужно оттащить парня на улицу. А там пусть папаша разбирается.
— Погоди… — Маккензи непонимающе свела брови. — Если на него действует магия, то ему даже в больнице не помогут очнуться, так?
— Поражаюсь твоей сообразительности! — с сарказмом ответила Адалинда и, взяв клинок, пошла к выходу.
У порога валялся пистолет. Она фыркнула и достала платочек из кармана куртки. А затем взяла пистолет двумя пальцами и вышла. Маккензи вскочила и побежала за ней.
— Ты этого не сделаешь! — Маккензи семенила за ней, пока та несла перед собой оружие.
— Не сделаю что? — Присев у головы Виктора, Адалинда на мгновение посмотрела на внучку, а затем вложила рукоять пистолета в правую руку Алонзы.
— Ты не оставишь человека в беде. — Маккензи скрестила руки и смотрела на бабушку с вызовом. — Ты же видела, — она указала рукой в лавку, — он спас меня! Если бы не Э… Если бы не этот парень, то с ранением лежала бы я!
— Ну и что? — Адалинда вскинула бровь и наклонило голову. — Мне плевать, кто кого закрыл. Алонзы пришли на мою территорию! И первые напали они!
— Но ты же учила меня, что мы нужны людям и должны помогать! — Маккензи перегородила ей дорогу. — Учила, что это наш долг!
— Макки, можешь не пытаться. — Она вновь присела рядом с Виктором и достала клинок. — Эти двое заснут сегодня вечным сном…