[1]. Города в Ирландии.
[2]. Откройся.
[3]. Ведьма…
[4]. Засни
Глава 4
— Бабушка, пожалуйста! — с мольбой в голосе прохрипела Маккензи, едва сдерживая слезы. — Ты не убийца! — Она присела рядом с ней и схватила ее за запястье. Одинокая слеза скатилась по правой щеке. — Если ты сделаешь это, то только закрепишь подтверждение, что все ведьмы — зло. Я буду так думать… — Макки понимала, что это глупая и детская манипуляция, однако нужно было попробовать. — А ты не зло. — Она буквально выдернула кинжал из хватки бабушки и сжала ее ладонь.
Адалинда тяжело вздохнула и сдалась. Ей действительно не хотелось поступать именно так, однако Алонзы теперь не успокоятся. Во всяком случае, Виктор точно. Теперь уже пора задуматься не о ритуале сокрытия, а о переезде в целом…
— Мы же пом… — Маккензи запнулась и встала вслед за бабушкой. — Ты же поможешь Эрику?
Адалинда заметила, что щеки внучки запунцевали при упоминании этого парня. Она закатила глаза: это не только не входило в ее планы, но и в целом недопустимо! И Адалинда уже придумала план, как уберечь внучку от общения с этим гаденышем…
— Помогу, — бросила она с ехидством и закатила глаза. — Но на этом все!
Маккензи закусила губу, чтобы не улыбнуться. Да, она находила Эрика симпатичным, но не более того. Однако его поступок заставил посмотреть на него иначе. Еще никто не защищал ее от пуль. Правда, и стреляли в нее впервые, но… Маккензи была восхищена его поступком. Если верить бабушке (да и отец Эрика — Виктор, кажется, — доказал ее слова), то они — злейшие враги друг другу, а он спас ее и получил пулю сам. Для Маккензи это значило намного больше, чем несчастный букетик на первом свидании.
Адалинда и Макки вошли в лавку. Эрик так и лежал без сознания. Адалинда присела рядом с ним и подняла его веки.
— Какая прелесть! — Она широко и победно улыбнулась. — Значит, наш малыш еще не прошел Каррамирацию…
Маккензи сглотнула и посмотрела на Эрика: склеры глаз окрасились в черный цвет. Цвет был настолько насыщенным, что казалось, будто смотришь в непроглядную бездну.
— Что такое Каррамирация? — Макки с опаской смотрела на бабушку. Та все продолжала улыбаться. Маккензи даже показалось, что она улыбается совсем не по-доброму…
— Церемония Посвящения в Охотники. — Адалинда еще раз посветила в глаза и кивнула, словно убеждала саму себя. — Так, ладно. Пора начинать. У нас не так много времени. — Она обошла его и встала за головой. — Ну? Чего стоим?
— А что делать?
— Бери его за ноги и понесли! — недовольно ответила Адалинда. — Или ты думала, мы быстренько его телепортируем?
— Я думала, мы здесь…
— Его папаша вот-вот очнется, — Адалинда раздраженно выдохнула, — а вытаскивать пулю и снимать заклятие вечного сна — не быстрые процессы. Давай отнесем его в комнату.
Маккензи покосилась на лежащего на улице Виктора и вздрогнула. Встречаться с этим человеком не было ни малейшего желания. Она кивнула, закрыла входную дверь и взяла Эрика за ноги.
Они шли в малую комнату. Адалинда кряхтела и причитала что-то себе под нос, а Маккензи лишь молча жевала губу, стараясь не концентрироваться на тяжести. В малой комнате была дверь, ведущая в подвал. Там Адалинда хранила запасы. В дальнем углу стояла небольшая кровать.
— Тяжелый, зараза! — выдохнула Адалинда и вытерла пот со лба, когда они положили его на кровать. — Как будто на убой откармливали… — Она щелкнула пальцами, и тусклый свет загорелся в помещении. — Хотя, может, и на убой! — Она залилась звонким смехом под недовольным взглядом Маккензи: та сразу смекнула, о чем говорит бабушка. — Ладно. Мальчику совсем плохо. Давай-ка поторопимся.
— Какие наши действия?
— Ты пока соберешь необходимые ингредиенты для него, — Адалинда кивнула в сторону Эрика, — а я быстренько сварю «Чертовку» уже на бо́льший срок. Подай мне ту книгу. Я найду нужный рецепт.
Маккензи проследила за взглядом бабушки. На одной из полок длинного стеллажа стояла книга, обтянутая кожей бордового цвета. Она взяла ее и покрутила в руках. Тяжелая… Обложка была пустой: ни названия, ни картинки. Странно, зачем на книге ремешки? Она дернула кожаный ремешок, но… ничего не получилось. Книга не открывалась! Она едва не сломала ноготь, пока пыталась расковырять два ремешка.
— Ты наигралась? Могу теперь я? — Адалинда смотрела на внучку словно на нашкодившего ребенка.
— А ты не роняла на нее клей? — Маккензи все пыхтела, дергая края застежек в разные стороны. — Не открывается!..
Адалинда выдохнула и протянула руку. Макки отдала книгу с таким видом, мол, давай, попробуй! Адалинда положила книгу на стол и взяла в руки клинок.