Все участники постарались забыть эту историю. Звери это, люди так не поступают. Потом им за их дела должности дали высокие, вроде как доброе они дело сделали для советской власти. Куда уж добрее - убивать, да грабить, да разорять чужое добро. Таких умельцев много в то время было. А вот ты, поди, да свое хозяйство отстрой, поработай на нем от зори да ноченьки - тогда поймешь, каким трудом добро-то наживается. Ну, что тут говорить: был повод - нашлись исполнители. Убили Машеньку, невинную девицу. А для остальных придумали страшную историю, чтобы люди правды не узнали, чтобы не было желания ходить на хутор. Мол, злая черная колдунья там жила, черную смерть насылает, но они - герои избавили мир от такой напасти, однако сила ведьмы даже после смерти велика и ходить в терем на хуторе никому не можно.
Прошло много лет с той поры, дорожка к дому заросла кустарником. Лес стал гуще, деревья корявые окружили хутор плотным кольцом, сокрыв его от чужих глаз.
Много лет утекло с той поры, время и дикие звери сделали свое дело, следа от Машеньки не оставили. Терем обветшал, почернело старое дерево, покосились ставни и двери. Грустное, но завораживающее зрелище.
Однажды, когда устроили власти освоение новых земель - это помнят еще те, кто постарше, при валке леса, сказочный дом был обнаружен. Хоть и старый, но все еще красивый. Естественно тут пока суд да дело, стали хозяев искать, запросы слать, на чужую землю нельзя просто так придти и лес весь вырубить. Может, какие наследники-собственники найдутся, потом беды не оберешься, по судам затаскают. Поэтому стороной обошли, углубились дальше в лес для работы своей. Машинами раскурочили дорогу, ведущую к хутору.
Пара ушлых работников навострила лыжи внутрь терема пробраться да поживиться. Знаете, наверное, что лес-то валили не всегда интеллигенты, в основном освободившиеся из тюрем шли на такую работу тогда, да студентов сгоняли работать за идею светлого будущего. Поэтому боятся им было нечего, совести-то нет. Так вот сговорились они, да после работы специально остались. А что, поваленное же вывезти надо, грузовая машина имелась. Когда остальные разошлись, залезли они в дом, фары на машине оставили включенными, чтобы видно было. Все-таки понимали, что здание хлипкое, старое, столько лет без ухода. Внутри пошарили, кто посудину интересную взял, деревянную, кто книгу. Остальное-то до них уж вынесено было, только товарищи об этом знать не могли. Надеялись на свою удачу. А когда на чердак поднялись да зеркало увидели резное, чуть не передрались, кому оно принадлежать будет. Время будто не коснулось его, и веточки, листики с прожилками, и твари - как живые. Поняли воры, что в нынешнее время это ценная вещь. Порешили продать, да деньги между собой поделить. А кому продашь, коль слава о продавцах вперед них идет? Решили, сначала обойти обеспеченных знакомых... Бригадир вот опять же может взять...
Так ведьмино зеркало через несколько рук попало в новый, только отстроенный дом культуры в ближайшем селе. Село-то осталось то же самое, что и при Машеньке. Ну, разрослось, конечно, стало районным центром. Потому и клуб потребовался, надо как-то молодежь развлекать, которая приехала "осваивать целину". Вот там, на входе в фойе и повесили то самое зеркало.
- Сергей Петрович, от него прямо холодом веет, откуда вы его взяли? - причитала баба Дуся, которая работала в доме культуры уборщицей.
- Полно вам выдумывать. Зеркало, как зеркало! - отвечал директор, - вот мы его лаком покроем и совсем красиво будет.
Баба Дуся не выдумывала. Когда пустел клуб, и она принималась за работу, находиться в фойе было невозможно. Кровь в жилах стыла, будто в спину смотрит кто. Она оглядывается, но никого нет. В зеркале каждый раз отражалась она сама, только с вытаращенными от страха глазами, в платке, съехавшем на бок и с тряпкой в руках.
-Тьфу ты, - бормотала женщина и торопилась скорее закончить уборку.
Баба Дуся и домашним своим рассказывала, что нехорошая это вещь, вот чувствуется от этого зеркала, что-то нечеловеческое, жуткое. Девчонки, что на репетиции приходили народных танцев, тоже у него не задерживались... А это странно, ведь девчонкам только волю дай перед зеркалом покрутиться.
Время неумолимо шло, уж баба Дуся отправилась в мир иной, оно, наверное, и хорошо, потому что наступили девяностые годы. Государственный переворот, раскол Советского Союза, кризис. Кажется, в то время даже воздух был серым от людских невзгод и печалей. Старый клуб остался без руководства и без посетителей и начал разваливаться без должного ухода. На время здание закрыли, всем как-то было не до веселья.