— Дура, — согласилась я. — Просто у нас магов нет.
— Оно и заметно. — Свен одним движением поднялся с кровати и направился к умывальнику. — На место всё положи. И не вздумай больше ничего читать. Даже если не увижу, буду знать, чего ты касалась. И так наследила.
Сама виновата, Ира, но хотя бы рискнула и кое-что узнала. Радовало и то, что Свен не оторвал голову сразу. Кажется, маг пребывал в хорошем настроении, раз ограничился просто «дурой».
Вернувшись со двора и ополоснув лицо, Свен остановился напротив меня, понуро сидевшей на кровати, и лениво поинтересовался, то ли размышляя вслух, то ли спрашивая:
— Выпороть тебя, что ли?
Я, разумеется, замотала головой и заверила, никогда больше не стану копаться в чужих вещах.
— Ужели? — вскинул бровь Свен.
Он мне не верил. Я бы тоже не поверила.
В комнате повисло молчание. Слышно было, как в сенях возится хозяйка, как переговариваются солдаты во дворе, мычит корова.
— Как ваше здоровье? — наконец робко спросила я.
— Милостью Ио, — пожал плечами Свен и осклабился. — Зубы мне не заговаривай, Иранэ. Я ещё не решил, как с тобой поступить — и сейчас, и вообще. Наказать надо. Повезло тебе, что ничего не украла и в моих бумагах копалась, а то бы со слезами просила судью смилостивиться. Думаешь, не знаю, зачем в сумку полезла? А это, Иранэ, очень серьёзно.
Кивнула и приготовилась стерпеть любое наказание. В любом случае, Свен не палач, а покрасневший зад не сравнится с пытками.
— Ну, чего на меня смотришь? — Свен пошарил глазами в поисках предмета для экзекуции и, хмыкнув, выбрал для неё хлыст. Ой, кажется, молча стерпеть не получится, это не шлепки ладонью! — Легла на живот, рубашку задрала.
Я медлила, и маг сам завалил на постель, прижал коленом.
Первый же удар отозвался стоном. Свен тут же заверил, он и не думал бить в полную силу: «Живого места тогда не останется». Свежо предание, да верится с трудом!
Ой, больно-то как! Кожа горит, саднит, а Свен нарочно бьёт по разным местам. Опытный, гад!
Отсчитав десять ударов, маг отпустил меня, велел привести себя в порядок и помочь хозяйке накрыть на стол.
Сгорая от стыда и потирая пострадавший зад, соскочила с кровати, подхватила одежду и метнулась в угол, одеваться. Свен, разумеется, и не думал уходить, копался в сумке, проверял, всё ли на месте.
Сидеть не могла, поэтому волей-неволей хлопотала по хозяйству. Маг усмехался, но молчал, а хозяйка всё дивилась, почему не присяду. Я бы и рада, только после порки пятая точка превратилась в одно большое болезненное место. В конце концов, не выдержала и принялась клянчить у Свена мазь. Тот не дал — не заслужила.
Меня заперли в избе.
Свен ушёл по делам, туманно обмолвившись, что по возращению поговорим. Чтобы не сидела просто так, велел выстирать грязную одежду. Сам же маг в чистой рубашке отправился допрашивать Андреаса — почему-то ни на минуту не сомневалась, куда он пошёл.
Воды мне принёс солдат, золу раздобыла сама — увы, мыльного корня не оказалось — и принялась за самую неблагодарную работу на свете. Вечно обстирываю семью Гилах! Да ещё эти пятна… Ну как их вывести? Я ещё вчера знала, легче выбросить, чем отстирать. Но я старалась, изображая примерную средневековую женщину. Чувствую, придётся временно ею стать, чтобы выкрутиться из очередной передряги.
Когда вернулся Свен, я по-прежнему стояла, согнувшись в три погибели над корытом. Стирку, вроде, закончила, теперь полоскала. Пятна, как и предполагала, не отошли — «Ариэля» в Галанию не завезли, но поблекли.
Результатом труда я гордилась, а вот маг обхаял, назвал белоручкой.
— Вы уж определитесь, кто вам нужен, — в сердцах огрызнулась я, — прачка или денежный мешок.
Свен не ответил и со стуком положил на стол «Глаз дракона».
Сердце ёкнуло, пришлось прикусить губу, чтобы не спросить об Андреасе. Догадываюсь, маг этого ждал, уже заготовил едкий ответ.
— Ладно, с этим потом, — Свен любовно погладил артефакт, как иные ласкают женщину. Лицо озарила самодовольная улыбка. Понимаю, будучи артефактологом, маг не мог не оценить «Глаз дракона». Представляю, с каким сожалением Свен с ним расстанется. — Чудная вещичка, жалко, разряженная. Но это вопрос половины лунного цикла. Полное самовосстановление, древняя работа…
Кажется, Свен и забыл обо мне. Ладно, прополощу в последний раз рубашку и повешу.
— Так что там с архиведьмой, Иранэ? Яблочко мочёное хочешь?
Я с удивлением уставилась на Свена. Он предлагает мне яблоко?!