Тут я не выдержала и поперхнулась.
Так вот кого мы ждём — землянина! Ещё и мага… Ох, не пособник ли он архиведьмы? С другой стороны, зачем тогда она Круг собирала, раз этот Владислав способен открывать Врата? Блондин ведь обмолвился о них мимоходом — значит, пользовались Вратами не раз и без особых проблем. Узнать бы, где этот переход… Может, он стационарный, то есть постоянный?
— Волнуешься? — усмехнулся феодал. — Волнуйся, это полезно. Хорошо, раз не желаешь рассказывать о Земле, поможешь мне в другом. Нужные сведения из твоей головки я всё равно выбью. Прискорбно будет не использовать такую возможность.
Сглотнула и поспешила приложиться к кубку. Что бы там ни говорили, а вино нервы успокаивает, в умеренном количестве, разумеется.
Вот тебе и разгадка, Ира. С тобой хорошо обращаются из-за «особой породы». Блондин, как и Свен, собрался меня использовать, только цеховой маг куда благороднее. Тут же ждёт меня тюремное заключение в башенке и работа на дядю.
— Ты у нас невеста одного из этих, — аристократ недовольно поморщился — значит, молчали маги, нервы трепали. — Хочешь наверняка, чтобы жених жив остался, а лучше цел и невредим. Ты поешь, и тебя проводят к нему, оставят до утра. А за завтраком расскажешь мне всё о «Глазе дракона».
— Вам нужно, вы сами и расспрашивайте.
— Уже расспросил — молчит. Но дело твоё, хочешь его смерти, он умрёт.
— А что с арестантом? — я резонно предположила, что женихом считают Свена: он же меня вёз.
— Приходит в себя. Враг моего врага мой друг.
Какая ценная информация, Ира! Значит, права служанка, Свена феодал не помилует. А вот с Андреасом непонятно. Радостно, конечно, что тот не в подвале, но строить счастье на чужом несчастье…
— Он ведь тоже маг, мог бы помочь вам, — осторожно закинула удочку, проверяя, как на самом деле обстоят дела с малайонцем.
— Он не в состоянии, — отмахнулся аристократ. — Инквизиция славно поработала, пришлось усыпить, чтобы восстановил силы.
— А можно… можно мне на него взглянуть? — рискнула я. Вроде бы рискую только репутацией, а в свете реющейся над головой смерти это сущие пустяки.
Блондин хитро прищурился и вкрадчиво поинтересовался зачем.
Покраснела и буркнула: из любопытства.
— Падки женщины на передок! — рассмеялся аристократ. — Жалко мне твоего жениха: оставит деньги неизвестно чьим детям.
Это на что он сейчас намекал?!
Репутация, две минуты назад казавшаяся неважной, требовала отмщения. Мне открыто намекали на половую распущенность. Да если б даже вышла за Свена, рогов бы ему не наставила. Я порядочная девушка, а не шваль подзаборная.
Блондин откровенно потешался над свекольным цветом моего лица. И самое поганое, ничего сказать в ответ не могла, кроме стандартного: «Господин ошибается, у меня с малайонцем ничего нет».
Наконец, пресытившись развлечением, аристократ хлопнул в ладоши, и у стола мгновенно возник слуга. Ну и слух у него!
— Проводи к рыжему, а потом в подземелье, — распорядился дворянин, — и обязательно доложи, когда увидишь сияние.
— Там это… — слуга замялся, — кое-чего не хватает.
— Чего? — нахмурился блондин.
Слуга выразительно покосился на меня, намекая: при ней говорить не стану.
— Выйди! — нетерпеливо махнул рукой дворянин.
Даже доесть не дал… Ладно, я уже не голодная, до утра доживу.
Дверь мне открыли и тут же поспешно захлопнули за спиной, оставив одну одинёшеньку в мрачном тёмном помещении. Его освещали всего два факела, закреплённых в держателях на стенах.
Убедившись, что за мной не следят, шмыгнула к окну и жадно уставилась вниз. Как выяснилось, не зря: во дворе происходило нечто интересное.
Нахмурившись, протёрла глаза.
Нет, не показалось — действительно на земле выложили странную фигуру из горящих снопов. Двойной треугольник весело пылал, потрескивал, возле него суетились люди. Ещё пара теней замерла чуть в стороне, будто наблюдая.
Лучше рассмотреть не успела — вернулся слуга и повёл к Андреасу.
Глава 29. Тайны ночи
Я остановилась в дверях и с тревогой смотрела на лежащего на боку Андреаса. В свете свечи не разглядишь, живой ли — от местного феодала можно всего ожидать. Что он приказал подмешать в питьё, не причинил ли вред?
Слуга недовольно сопел за спиной, но я делала вид, будто не слышу. В конце концов, не умрёт, если задержится на пару лишних минут.
Андреаса держали в закутке в другом крыле замка. От остальной комнаты, унылой и нежилой, заросшей паутиной, его отделяла цветастая ширма.