— Уфф, обыскалась тебя! — Сестра Свена напоминала бабу на чайнике: такая же пышная, в куче одёжек.
Отдышавшись, она попыталась всучить мне детей, пришлось соврать, будто у меня важные дела.
Нашла няньку! Все веселятся, а я за чужими детьми должна присматривать.
— Какие такие дела? — нахмурилась Марция. — Вот смотрю и гадаю, кто тебя воспитывал. Учишь, учишь, а всё никак поумнеть не желаешь. Может, Свену это по нраву, но я не такую жену ему бы хотела. Лентяйка ты, Иранэ!
Открыла рот, чтобы возразить, и тут же закрыла. Что толку, если поссорюсь с Марцией? У неё своё мировоззрение, она просто не поймёт. В конце концов, скоро я уеду, и наши пути больше никогда не пересекутся.
— Когда приезжает Свен? — я насильно растянула губы в улыбке и мысленно надела на Марцию шляпу с бубенчиками — некогда читала, будто это помогает унять гнев. Подумала и добавила к бубенчикам клоунский грим.
— Раз сегодня не приехал, то и не любит вовсе, — пробурчала Марция, попутно шлёпнув излишне любопытную Люсию. — Как только прельстила его, чем?
— Деньгами, — не выдержав, вспылила я. — Или Свен не рассказывал, сколько приносит моя «лень»? Меня сама герцогиня Сторфе ценит, а вы…
Махнула рукой и отвернулась, ругая себя за несдержанность. Теперь придётся выслушивать лекцию о безнравственном поведении, а после Марция завалит женской работой, чтобы не оставалось времени на мужскую. Ничему тебя, Ира, жизнь не учит!
Глаза Марции округлились. Она смотрела на меня так, будто увидела сошествие Ио на землю. Несколько раз порывалась открыть рот и закрывала. Наконец из горла вырвались булькающие звуки и членораздельное: «Ооо!».
Взгляд Марции изменился. Исчезла недовольная гримаса, на смену ей пришло удивление.
— Сама герцогиня Сторфе? — тихо переспросила Марция. — Разве ты не… не дочь лавочника?
Я рассмеялась. Вот уж выдумала! Или это Свен постарался? Хоть бы подавальщицей назвал — всё ближе к истине.
Пришлось разубеждать несчастную женщину, объяснять, что мои каракули — это высочайший заказ, а хитроумная машина — будущее приданое.
— Ой, не к добру, не к добру! — запричитала Марция, обхватив голову руками. — Выбрал бы братец простую девушку…
Я бы тоже не возражала, если б Свен женился на другой, но не стала озвучивать свои желания — Марцию хватит удар.
— И как мне к тебе обращаться-то теперь? — придя в себя, спросила она и, охнув, побежала отлавливать ускользнувших детей.
Мартин нашёлся под помостом. Мальчуган отыскал осколок стекла и увлечённо играл с ним, не боясь порезаться.
С трудом вытащила Мартина и, терпеливо снося громкий плач и удары маленькими кулачками, понесла к матери. Та поблагодарила и повторила вопрос насчёт обращения. Пришлось разубеждать милую женщину и признаваться, что от знакомства с герцогиней дворянкой я не стала.
Марция ушла, а я протиснулась ближе к помосту, где затянули местные частушки — шутливые песенки на злободневные темы.
Вздрогнула, ощутив лёгкое прикосновение к щеке. Обернувшись, уткнулась взглядом в большие синие глаза. Такие обычно рисуют в анимэ, только сейчас они принадлежали реальному существу — девушке. Золотистые волосы струились по плечам, игнорируя правила приличия. Ресницы безо всякой туши казались накладными и необыкновенно длинными, любая красавица от зависти повесится.
Незнакомка, одетая в зелёное платье странного кроя, такой бы подошёл эльфийкам, улыбнулась и поманила меня пальцем. Недоумевая, что ей нужно, тем не менее, отошла к стене ближайшего дома.
— Мне нужна ваша помощь, — голос златовласки звенел ручейком. Невольно вспомнилась виденная в лесу дриада. Уж не родственники ли они?
— Боюсь, вы ошиблись, — покачала головой я и твёрдо решила никуда не идти.
Златовласка улыбнулась и потянула за собой, шепча, что меня зовёт Владычица.
Заподозрив подвох, начала вырываться. Не верю я в собственную незаменимость, магией не владею, никакой ценности, кроме денежной и то сугубо для Свена Гилаха, не представляю. Вряд ли мои идеи понадобились местным феям.
Оказывается, я ошибалась.
Златовласка, несмотря на видимую хрупкость, оказалась чрезвычайно сильной. Она с лёгкостью тащила меня к лесу, убеждая, никакого зла мне не причинят. Скрывшись от людских глаз, златовласка отрастила стрекозиные крылья и поднялась в воздух. Я тут же перестала дёргаться, смирившись с любыми поворотами судьбы. Падение в подтаявший снег вряд ли выйдет мягким, поэтому лучше не вырываться.
Моя похитительница приземлилась на зелёную поляну. Посреди неё в окружении дриад и фей с кожей всех оттенков радуги, восседала на оплетённом лианами троне женщина поразительной красоты. Её взгляд гипнотизировал, а губы пылали огнём. Как и полагается богине, женщина была обнажённой, пикантные места прикрывали гигантские белые лилии. Стебли оплели кожу, казалось, даже проросли в волосах.