— Маг-стихийник из пограничного отряда — не мальчик для битья, — самодовольно улыбнулся Андреас, закончив живописать свои подвиги. — Феи всегда на его стороне.
Заинтриговал так заинтриговал!
Ларчик открывался просто: Андреас попросил о помощи наиболее близких к его стихии существ.
— Они видели, что мысли мои чисты, и отвели людям глаза. Я же… Пришлось их убить.
Андреас замолчал, ожидая моей реакции.
Возмутиться, зайтись в истерике? Да, погибли люди, но когда на чаше весов своя и чужая жизнь… Не могла я осуждать Андреаса, помнила, как болезненно сжималось сердце при виде взведённого арбалета.
Феи не любят людей. Они их точно жалеть не стали. Это тоже узнала от Андреаса.
— Они себялюбивы и горды. Ты для них — что-то вроде собачки, не более. Не верь, если фея тебе благоволит, ей просто скучно. Людей никто не уважает, Иранэ, поэтому никому не верь.
— А как же ты, почему феи помогли тебе?
— Я маг, это другое. И не просто маг, а ношу в душе частичку Огня.
Солгала, будто поняла, и в который раз подивилась, как сложен мир вокруг. У нас как-то проще: люди, животные, растения. Тут же… Настоящий бестиарий, и все разбиты на группы по интересам.
Оказалось, в мире волшебных существ тоже вражда. Например, между магами и ведьмами. Последних, как выяснилось, не любят все, кроме нечисти. И феи не упустят случая насолить — к примеру, сообщили Андреасу о Круге. Без них он ни за что бы не нашёл так быстро святую святых.
А дальше всё просто. Для Андреаса, разумеется. Убедившись в правдивости слов фей по пульсации природной энергии, тот поспешил к месту проведения ритуала. Андреас планировал подождать, пока ведьмы разойдутся, и поймать остаточные всплески Круга. По его словам, их бы хватило для пробуждения артефакта.
Но всё пошло не по плану, когда Андреас увидел, кого собирались принести в жертву ведьмы.
— То есть ты спокойно бы сидел в кустах, пока другую девушку разорвало бы на части? — нахмурилась я и велела остановить лошадь.
Лучше прояснить такие моменты сразу, чтобы не держать в голове образ идеального мужчины.
Нет, гордо сбегать посреди леса не стану, но тёплые чувства в душе попытаюсь задавить. Или хотя бы повременить с безоговорочным доверием.
Андреас задёргался, явно выискивая способ не отвечать на неудобный вопрос, а потом заверил: не позволил бы.
— Круг обычно просто замыкают, без жертв. Тут же… Это такой выброс силы, Иранэ!
— Как раз то, что нужно архиведьме. Если она справляется с посохом, справилась бы и с этим.
Андреас нахмурился, выругался и пустил лошадь в галоп. Бедное животное старалось из-за всех сил, а хозяин всё погонял и погонял её.
— Скоро кончится действие обманки, — соизволил раскрыть ещё одну тайну Андреас, — и ведьмы почувствуют нас. Я заключил договор с феями, но он не вечен.
Стоп, и что Андреас пообещал им взамен? После всех объяснений вера в бескорыстность существ, наделённых магией, пропала окончательно.
Андреас отказался озвучить условия сделки, но заверил, ничего страшного.
— Желание? Скажи, желание? — я затрясла его за плечи.
Судя по молчанию, угадала.
Плохо. Никогда подобные обещания не оканчивались добром. Всю жизнь придётся провести в томительном ожидании. Единственный способ — выкупить долг.
Лихорадочно перебирала, что могу предложить взамен. Бытовые услуги, вроде зубного порошка, не вариант. Оставалось сыграть на ненависти к ведьмам, убившим одну из фей, и воззвать к справедливости королевы Маб. Узнать бы, как её действительно зовут, чтобы не опростоволоситься.
— Я ради тебя, — попытался оправдаться Андреас. — Пойми, нельзя иначе. Я бы сбежал, но нужно же вернуться…
Погладила его по куртке и вздохнула. Ничего, выберемся. Феи не злобные гоблины, голову прекрасного принца, то есть Андреаса не потребуют.
Оказалось, сроку нам — до полудня. После ведьмы почувствуют обман, разгонят морок и соберут Малый Круг.
— Он на разные вопросы отвечает, — ответил Андреас на невысказанный вопрос. — Одно хорошо, безболезненно для ведьм не проходит.
Знакомая долина выросла из-за деревьев неожиданно, вызвав приступ дрожи. Стараясь не думать о событиях прошлой ночи, напряжённо посматривала по сторонам.
Андреас направил измученную скачкой лошадь к подножью холма с Кругом и торопливо вытащил артефакт. Он действительно походил на глаз — отшлифованный продолговатый янтарь с чёрным вкраплением-зрачком внутри. От него расходились прожилки — будто сосуды.
Оправа артефакта оказалась необычной — волны серебра. Не просто изломанная линия, а настоящие буруны, даже с пеной. Работа филигранная — и всё это на обычном шнурке. То ли Андреас повесил артефакт на что под руку попало, то ли создатели Глаза дракона придерживались правила: «Дорогой вещи — простое окружение».