Марта улыбнулась, глядя на почти пустой термос и пустые миски.
– Для леса найдется. Мы сварим новый котел. Больше. Сильнее. Суп Единения для всего Грибного Урочища. И угостим им каждого, кто готов стоять за свой дом. – Она посмотрела на Борована, на Малышку, на Пряника в его безупречном фартуке, на оживающий лес вокруг. – Потому что вместе мы – тепло. А тепло, как известно, всегда побеждает холод. Рано или поздно.
Глава 8
Дорога обратно в деревню казалась короче, но не легче. Хотя лед на тропинке таял под лучами солнца и шагами Ставрула, который шел позади, тяжело переставляя корявые ноги-корни, ощущение победы было неполным. Спасенный дуб оживал, сбрасывая остатки инея, а вокруг него лес постепенно освобождался от ледяных оков, но тень угрозы висела в воздухе плотнее, чем когда-либо. Слова лешего «Он вернется» звучали в ушах Марты громче треска оттаивающих веток.
В Грибном Урочище их встретили не радостными криками, а тревожным молчанием. Жители – люди, гномы, пара троллей – столпились на площади у колодца. Лица были бледными, испуганными. Старуха Агафья, кутаясь в платок, энергично жестикулировала, что-то объясняя собравшимся.
– Марта! – крикнула она, увидев их. – Слава корням и камням! Живы! А то мы уж думали... Лес-то как реветь начал! Лед с деревьев грохотом падал! Все думали – обвал!
– Не обвал, Агафья, – ответила Марта, подходя. – Освобождение. – Она кивнула на Ставрула, который мрачно ковылял следом, вызывая робкие возгласы удивления. Его древесный облик, пронизанный зелеными прожилками, был непривычен для деревни. – Но враг не побежден. Он отступил. Ненадолго.
– Враг? – переспросил староста деревни, крепкий седобородый гном Громар. – Это кто же? Морозный великан? Ледяной дракон?
– Хуже, – буркнул Ставрул, его скрипучий голос заставил многих вздрогнуть. – Он без имени. Он – Холод из Там, Где Молчание. Сеет иней и тишину. И крылатую пакость. – Он ткнул сучковатым пальцем в воздух, как бы указывая на несуществующую моль.
Марта кратко объяснила суть угрозы: темный незнакомец, магическая моль, высасывающая тепло и жизнь, замороженный лес и его спасение. Когда она упомянула Суп Единения, многие переглянулись с надеждой.
– Значит, есть защита? – спросила молодая женщина-человек с ребенком на руках. – Твой суп, Марта? Он согнал лед?
– Он дал силу бороться, – поправила Марта. – Но это был лишь котел на четверых. Чтобы защитить всю деревню, весь Урочище... Нужно больше. Нам всем нужно стать сильнее. Готовиться. Укреплять свои дома, свои очаги. И я... – она сделала паузу, глядя на собравшихся, – я начну с главного очага. С моей кухни. И призываю всех, кто может помочь. Принести дров – дубовых, сухих. Трав – любых, что растут у вас, полных жизни и солнца. Овощей с грядок, злаков из запасов. Рыбы, если есть. И веры. Веры в то, что наш дом, наше тепло сильнее любого холода.
Ее слова подействовали. Страх в глазах людей стал уступать место решимости. Гномы закивали, тролли заурчали одобрительно. Даже Старуха Агафья перестала ворчать.
– Ладно, Кухарка, – сказал староста Громар. – Говори, что нужно. Мои сыновья уже побежали за дубовыми плахами. Агафья, мобилизуй травниц. Остальные – по домам, собирать запасы! Все, что может гореть ярко или пахнуть жарко!
Деревня ожила, засуетилась. Марта, Ставрул, Борован и Малышка (который гордо шел рядом с «спасителем леса») направились к домику на опушке. Пряник, чувствуя всеобщий подъем, шел впереди, его фартучек развевался, как знамя.
На кухне Марты начался невиданный хаос. Приносили охапки дров – не только дубовых, но и ясеневых, березовых, сосновых (для смолистого жара). Старуха Агафья с помощницами тащила корзины трав: зверобой, мяту, чабрец, крапиву, душицу, иван-чай, даже редкие солнечные и лунные цветы из своих тайных запасов. Гномы катили бочонки с зерном, мешки с корнеплодами. Тролли приволокли огромные связки репчатого лука и чеснока («От всякой нечисти!»). Кто-то притащил огромного, только что пойманного осетра. Кто-то – бочку меда диких пчел. Стол, пол, все свободные поверхности быстро покрылись горой припасов.
– Марта, – пробурчал Борован, протискиваясь с корзиной картофеля, – ты же не накормить армию собралась, а... ну, гору свернуть?
– Не гору, Борован, – ответила Марта, окидывая взглядом богатство. – Очаг. Самый большой и самый жаркий очаг, который только можно разжечь. – Она взяла огромный, редко используемый котел, который обычно пылился в сарае. – Помогайте! Чистить! Резать! Мы варим не суп. Мы варим Защиту.
Работа закипела. Ставрул, к всеобщему удивлению, оказался мастером на все руки – его корявые пальцы-сучья удивительно ловко чистили корнеплоды и шинковали капусту. Борован и гномы кололи дрова и поддерживали огонь в печи, которая уже гудела, как паровоз. Малышка под присмотром Агафьи чистил рыбу, стараясь не раздавить нежное мясо. Люди и тролли резали овощи и травы. Пряник, как главный инспектор, обходил рабочие места, бдительно следя за качеством нарезки и иногда одобрительно мурлыкая.