Она протянула сверток Марте.
– Я не могу официально санкционировать их использование. Но я могу... потерять их здесь. Среди всего этого... кулинарного хаоса. – Она окинула взглядом заваленную припасами кухню и бурлящий котел. – И кто знает, может, их энергия удачно вплетется в ваш... рецепт обороны.
Марта взяла сверток. Артефакты были теплыми на ощупь, даже горячими. Они пульсировали скрытой силой.
– Спасибо, Тоша, – сказала она искренне. – Это больше, чем я ожидала.
– Не благодарите, – фея поправила очки, стараясь вернуть себе официальный вид, но не очень получалось. – Я просто выполняю... свой долг перед магической экосистемой. А теперь... – она посмотрела на котел, – что это у вас варится? Пахнет... эпично.
– Защита, – просто ответила Марта. – Суп Единения для всего Урочища. Хочешь попробовать? И помочь? Твоя магия воздуха и света может быть полезной при финальном перемешивании.
Тоша на мгновение заколебалась, глядя на свой безупречный, но пыльный костюмчик. Потом решительно сняла пиджак, повесила его на спинку стула, закатала рукава блузки.
– Ладно. Но только для научного интереса. И чтобы убедиться в отсутствии неучтенных энергетических взаимодействий. – Она взяла огромную деревянную ложку, которую ей протянул Малышка. – Куда мешать?
Марта улыбнулась. Она подошла к котлу, где аромат достиг своей кульминации – густой, сложный, невероятно аппетитный и в то же время внушающий ощущение нерушимой стены. Она открыла сверток Тоши.
– Сначала... добавим щепотку "неучтенных взаимодействий", – сказала она и бросила в кипящий бульон кристалл "Сердце Вулкана".
Кристалл не утонул. Он замер на мгновение у поверхности, а затем вспыхнул ослепительным алым светом. Весь котел на миг стал прозрачным, и внутри него бушевало миниатюрное пламя. Жар от печи усилился втрое. Все отшатнулись, заслоняясь от волны тепла.
– Теперь... – Марта бросила "Перо Жар-Птицы". Оно коснулось поверхности и растворилось в золотистом сиянии. Над котлом возник призрачный контур великолепной птицы из чистого огня, которая сделала круг, осыпая пар искрами, и исчезла. Воздух вокруг котла стал плотным, дрожащим от тепла, как над раскаленным камнем.
– И последнее... – Марта поднесла к губам "Глиняный Голос". – Для кого? – спросила она у Тоши.
– Для Хранителей Глин, – прошептала фея, глядя на свисток с благоговением и страхом. – Древних земляных духов. Они могущественны, но... не любят суеты. И просят дорогую плату.
Марта кивнула. Она подула в свисток. Звука не было. Вернее, был, но не для ушей. Низкая, мощная вибрация прошла сквозь пол, сквозь стены, ушла глубоко в землю. Каждый почувствовал ее в костях.
Потом Марта опустила свисток в котел. Глина растворилась без следа.
Бульон в котле забурлил с новой, неистовой силой, окрасившись в глубокий, терракотовый цвет. Пар поднялся столбом, и в нем на миг проступили очертания огромных, каменных существ, которые тут же рассыпались.
– Теперь... – Марта взяла ложку из рук ошеломленной Тоши. – Все к котлу! Руки на край! Последний рывок! Думайте о доме! О тепле! О защите! О том, чтобы никакой Холод не прошел наши пороги!
И снова руки легли на горячий край котла – мозолистые гномьи, корявые лешиные, огромные троллиные, нежные человеческие, крылатые феиные. И лапка кота на подставке. Марта начала мешать. Медленно. Тяжело. Вкладывая в каждый взмах всю силу своего очага, всю веру деревни, всю мощь артефактов и клятву, данную с каплей крови.
Котел запел. Глубоко, мощно, как орган в огромном соборе. Звук заполнил кухню, вырвался наружу, покатился по деревне. Земля под ногами слегка дрогнула.
Когда Марта вынула ложку, бульон успокоился. Он стал густым, как расплавленный янтарь, и светился ровным, теплым золотом изнутри. Аромат был божественным – сложным, успокаивающим, сильным. Он обещал не просто сытость. Он обещал безопасность. Неприступность. Дом.