– Тише, герой, – прошептала Марта, кладя руку ему на загривок. Кот не унимался, но перестал бросаться вперед. Его желтые глаза пылали ненавистью к каменному гостю.
Существо повернуло свою глиняную голову. Глубокие глазницы казались бездонными. Оно не говорило. Но Марта услышала. Голос возник не в ушах, а прямо в сознании. Глухой, гулкий, как обвал в далекой пещере, медленный, как движение континентов.
Марта... Дочь Крови Морвенны... Зов Услышан... Долг Требует Оплаты...
Марта сглотнула. Тоша предупреждала. Плата может быть любой.
– Мы позвали, потому что нуждаемся в помощи, – сказала она вслух, глядя в бездонные глазницы. – Здесь Холод. Пустота. Она грозит очагу. Жизни.
Знаем... – прозвучало в голове. Тварь из Там... Где Молчание... Старая Рана Мира... Она Ищет...
Существо сделало шаг вперед. Его глиняные ступни не оставили следа на полу, но кухня содрогнулась, как от слабого землетрясения. Пряник завыл.
– Что она ищет? – спросила Марта, сжимая в руках книгу Морвенны. Кожа переплета вдруг стала теплой.
Точку Входа... Точку Выхода... Ключ... – Голос-обвал затих на мгновение. Или... Того, Кто Ключ Хранит...
Глазницы Хранителя Глин казались направленными прямо на Марту. Или на книгу в ее руках.
– Кто хранит ключ? – прошептала она.
Вместо ответа Хранитель медленно поднял руку. Не для угрозы. Он указал глиняным пальцем на поваренную книгу.
Открой... Страницу Истины... Кровь Зовет Кровь...
Марта посмотрела на книгу. Страница с рецептом "Пламенных Пряников" была открыта. Но теперь... теперь на пустом месте под списком невозможных ингредиентов проступали другие буквы. Словно невидимые чернила проявлялись от близости древнего существа. Марта наклонилась. Это был не рецепт. Это был дневник. Записи Морвенны.
"...Он снова приходил сегодня. Стоял у опушки. Не человек. Тень в плаще цвета ночной бездны. Холод от него – как дыхание могилы. Говорит, зовет меня по имени. Говорит, что знает мой секрет. Знает, что я Хранительница Ключа..."
Марта замерла. Ключ? Прабабка? Хранительница?
"...Я не знаю, о каком ключе он говорит! Но страх... страх настоящий. Не за себя. За дом. За лес. За малую. Он смотрит на нее... на Беатрис... с таким голодом..."
Беатрис? Так звали мать Марты.
"...Пыталась отогнать его старыми заклятьями. Бесполезно. Холод проходит сквозь защиту, как нож через масло. Нашел слабину в моем сердце? В страхе за дитя?..."
Запись обрывалась. Потом, ниже, другим почерком, более дрожащим:
*"...Сегодня поняла. Он не просто Холод. Он – Павший. Бывший Хранитель. Как те, что из Глины, но... из Льда. Извечной Пустоты. Он ищет не ключ от двери. Он ищет Искру. Последнюю Искру Жизни, что когда-то горела в его собственном сердце, прежде чем он променял ее на власть над Холодом. И он чувствует... чувствует, что я несу ее отголосок. В крови. В моей магии очага..."*
Марта почувствовала, как по спине бегут мурашки. Павший Хранитель. Искра Жизни. Ее кровь. Кровь Морвенны.
"...Он знает, что если уничтожит меня, уничтожит мой очаг, то Искра, не найдя нового Хранителя, угаснет навсегда. Или... перейдет к нему. Даст ему силу не просто сеять иней, а гасить солнца. Я не могу допустить этого. Но и победить его не могу. Он сильнее. Поэтому... я спрячу Искру. В самое неожиданное место. В самое теплое и живое, что у меня есть. В свою Кровь. В свою Внучку. Пусть она никогда не узнает. Пусть живет простой жизнью. А я... я встречу его. В последний раз. С пустыми руками. Но с горящим сердцем..."
Запись обрывалась. Последние слова были почти неразборчивы, написаны торопливо. Марта поняла. Это было прощание. Морвенна знала, что идет на смерть. Она пожертвовала собой, спрятав эту "Искру" – не магический артефакт, а саму суть своей жизненной силы, свою связь с созидающей магией – в свою наследницу. В мать Марты. А потом... в нее саму. Марта была Хранительницей не по книге, а по крови. Она и была тем самым "Ключом", который искал Холод. Искрой, которая могла дать ему невероятную силу... или уничтожить его, если попадет не в его ледяные руки.
Хранитель Глин стоял неподвижно. Его глиняный лик был нечитаем. Но Марта почувствовала его мысль:
Видишь... Плата... За Помощь... Мы Знаем Истину... Теперь Знаешь и Ты...
Плата была не в золоте или первенце. Плата была в знании. В страшной, опасной истине о ней самой и о враге.
– Что... что мне делать? – прошептала Марта, глядя на каменное существо. Пряник прижался к ее ноге, его рычание сменилось тревожным мурлыканьем.
Очаг... Твой Очаг... Его Сила... Искра в Крови... Соединить... – Голос в голове был тяжелым, как скала. Но Осторожно... Он Чует... Он Близко...