Победа осталась за мной — опять же почти — это скорее можно было назвать компромиссом с перевесом в мою пользу. Лилит согласилась отдать мне всю стопку 'Чертовой свадьбы' для просмотра при условии, что после этого я с мамой и девчонками — при этих словах на заднем фоне у бабы Лили кто-то грохнулся — приедем к ней на 'дачу' для детального обсуждения.
На какой-то момент бабы Лилиного питомца — ее золотого во всех смыслах быка — даже стало немножечко жалко. Младшие представители семейства Бесовских-Демоновичей после подробного изложения на тему: 'как я летела после золоторожного ускорения', решили лично пообщаться с непосредственным виновником. Правда, сообщать об этом Лилит, не стала — пусть будет 'приятным' сюрпризом.
ОКОНЧАНИЕ
В общем, из ШВиКа выбраться удалось нескоро. Своей ступой — метлой или другим транспортным средством я так и не обзавелась, — как‑то надобности не было, — то с папой на работу отправлялась, то Занька свою ступищу одалживала — потому решила просто пройти немного пешком. Идти было недолго.
Центр города, район вполне приличный и благоприятный. Обычные гопники мне были не страшны, а представители магического мира нашу семью практически все в лицо знали и старались обходить по большому кругу, без лишней надобности не связываясь из опасения навлечь гнев сразу двух сильных магических семей верхнего и нижнего миров.
Так и шла, не спеша, вдоль трамвайных линий, наслаждаясь городскими сумерками и яркими огнями витрин. За одной из таких витрин и скрывался нужный мне антикварный магазинчик. Хотя магазинчик не совсем то название — скорее салон.
Размещался он на первом этаже бывшего дома какого‑то купца, довольно известного в свое время, но совсем забытого по истечению десятилетий. Фасад двухэтажного старинного здания был отреставрирован и даже стеклопакеты, вставленные в оконные проемы, были стилизованы под старину и не выбивались из общего ансамбля. Вывеска также соответствовала и тихонько покачивалась из стороны в сторону движимая легким ветерком. Антиквар, старый друг бабушки Рогнеды, Петр Свиридович Туточкин, уже меня ждал.
— Тасечка, Вы как всегда прелестны, — старый ловелас (вот уж кого и могила не исправит) сверкнул добродушно глазами и приложился по старинке к моей ручке в легком поцелуе, — был бы я на сотню лет моложе… Хотя нет, тогда бы я точно не осмелился приударить за столь очаровательной барышней.
— Вы Петр Свиридович, не прибедняйтесь, — съехидничала я, — мне тут недавно одна птичка нашептала, как вы «пенсионерствуете»… в красках…
— Хорошо, что только в красках, а не в подробностях, — раскатисто смеялся «пенсионер» — о том, что подробности были, я скромно умолчала, — а с «птичкой» я поговорю — не гоже это степенному человеку косточки с молоденькими барышнями перемывать.
Ну, на счет «человека» это он погорячился. У данного «человека» мама на четверть оборотница и на три четверти лесная панна, а папа вообще чистокровный вампир из дневных (дяди Левиных, комарских). По виду этому «старичку» не дашь и сорока, чего уж говорить о его истинном возрасте, хотя небольшие клычки явно выдают в нем потомка вампиров. В общем, дядечка довольно сильный, хоть со всей своей гремучей смесью и не чета нашей крови. Демоны они вообще по определению считаются одними из сильнейших.
— Тася, — отсмеявшись, перешел сразу к делу антиквар, — мне тут вещичку одну подкинули, хотел, чтобы ты взглянула. Вещичка непонятная, точно принадлежности к чему — то запрещенному не просматривается, но смущает меня в ней что‑то донельзя.
Больше говорить ничего не потребовалось. Заинтригованная подхватила его под локоть и сама потащила его в дальнюю, скрытую за большой бархатной занавесью, комнату для осмотра.
Туточкин не разочаровал — провел, усадил, картинно, рисуясь, сбросил черное сукно с непонятно — чего, стоявшего рядом, на журнальном столике.
У меня так и рот открылся. На стопке из нескольких книг, исполнявших в данный момент роль дополнительного пьедестала, стояла старая, немного окисленная, с зеленоватым налетом, от времени и яркого света, эбонитовая статуэтка черного ворона, наклонившего голову и с интересом смотрящего на тебя. Неужто, та самая?