Ждала меня дорога дальняя, в казенный дом… в смысле, ковыляла я, шкрябая ненавистным гипсом и отстукивая недовольно тростью, в родной АД. Жутко звучит? Но так оно и есть.
А все потому, что эта вещичка уже почти тысячу лет как была признана незаконной с окончательным запретом выноса ее в верхний мир. И каждый раз кто‑то упорно тащит ее сюда.
Пусть нечасто, но обычно сей вынос сопровождался такими катаклизмами в геополитическом плане, что даже мне иногда хотелось поплеваться на бедных птичек. Если, конечно, нашу «птичку» не успевали выловить своевременно у кого‑то из тухлых вод политических игр.
Будем надеяться, что нам повезло. Даже дважды — в то, что попала в руки не простому обывателю, а магу. Эгрегор такой мощности оказывает свое разрушительное воздействие на сознание и подсознание обычного человека практически мгновенно. С магическими существами или с одаренными процесс подчинения идет сложнее. И в то, что прощупать вещичку пригласили именно меня совершенно не амбициозную, имеющую защиту от влияния, благодаря папочкиной крови.
Настроение от осмысления всего этого было так себе — не катастрофично, но ниже плинтуса, однозначно. Геша, мой верный чешуйчатый Санчо Панса, шуршал и елозился в волосах — продолжать ехать в сумке по соседству с эбонитовым вороном он наотрез отказался.
Естественно мне это настроения не прибавило. И вовсе не потому, что мне для его гнездовья своих волос и головы жалко, — хотя да, жалко, — просто вид со стороны был совсем уж необычный. Несчастной и голодной чувствовать на себе недоуменные, а иногда и просто насмешливые взгляды было не очень приятно. Так и шли — я в гипсе, ящер в волосах и эбонит в сумке.
Ну и самая главная причина моего недовольства — докладываться и писать объяснительные, а также вести беседы надо будет лично с начальником службы безопасности АДа. А кто у нас занимает эту должность, помним? Не? С Белетом, после вчерашнего, как — то хотелось немножечко… не встречаться…
Ну, хотя бы какое‑то время.
Так, подождать… собрать мысли в кучку…
И наконец, определиться в своем отношении к нему и всему произошедшему. А то чувствую себя, как бочка, не в смысле размеров и округлости, а в смысле — качусь по наклонной плоскости и чувствуется, что набираю повороты, а остановится — не могу. И все окружающее пролетает мимо меня на огромной скорости, не давая за что‑то зацепиться для восстановления душевного равновесия.
Портальный зал порадовал. Нет, не видом на печально знакомого диббука, а наоборот.
Дежурный в порталке встретил меня отстраненно — вежливой, — и не более, — улыбкой, как и положено хорошо обученному, обслуживающему телепортационный зал, персоналу. Прям, как в старые добрые времена моего ежедневного хождения на работу. И главное, никаких приключений на мою многострадальную, в прямом смысле слова, пятую точку. Только я, папина приемная, летающая гантелька и неудачливые рогатые кавалеры — засланцы от деда.
Кстати, ввиду последних полученных мною новостей и достаточного времени для размышлений, встает запоздалый вопрос: с какой целью дражайший дедуля ко мне их посылал?
Желание просто развлечься за мой счет; в наказание провинившимся рогатым подчиненным или же для того; чтобы подтолкнуть моего почти‑что — мужа к более решительным мерам? Зная его, можно решить, что все это вместе взятое.
Ну, дедуля! Ну, манипулятор! А я‑то думала, что еще легко отделалась за шишку,
поставленную ему между рог. А это он у нас так радовался, что у самого все легко пролетело.
Знает же, что я не буду повторно ломиться со сковородой наперевес по одному и тому же вопросу. Вот… жук!
Хотя… Что я там папе обещала по поводу маминой расправы над его рогатостью?
Отмазать? Так не вопрос. А вот деду по этому вопросу я ничего не обещала, а значит… Маме же тоже надо, как‑то пар выпустить. Ведьме гнев в себе держать никак нельзя, он ее изнутри будет есть пока не найдет выход. Так пусть на дедову рогатую голову опустится карающий лобзик, чем на нас потом какая‑то мстительная гадость падёт. Ему полезно тряхнуть стариной и немного поубегать от женского возмездия, и маме легче будет сбросить негатив.
Мысленно представляя, что драгоценный родственник будет, как и я совсем недавно, «бегать вокруг яблонек» от какого‑нибудь аналога «волшебного дрына» в одной маминой руке и лобзика в другой, не заметила, как уперлась носом в чью‑то грудь.