Я ощутил снисходительное похлопывание по щеке, но отреагировать не смог – меня словно парализовал взгляд её зелёных глаз. Казалось, что даже зрачок этой ведьмы вытянулся в змеиный. Она подавляла, казалась самой сильной на свете, способной уничтожить всё и всех вокруг.
Ушла Мария не попрощавшись, а я всё не мог отвести взгляд от двери, за которой она скрылась. И словно даже дышал через раз, опасаясь, что она услышит и вернётся.
— Соглашаемся? — спросил сын десять минут спустя, когда я уже окончательно пришёл в себя.
Переведя на него взгляд, увидел лишь решимость… Всё ещё юношескую, но порой и она приносила столь желаемые изменения. Как когда-то принесла успех первому Ладорскому, занявшему трон градоправителя вместо уничтоженной династии.
— Да… иначе она сгноит наш род…
***
Милана Викарская
Яркие пальмы и разнообразные по своим оттенкам цветы сменились редкими для этой местности клёнами и берёзами, кустарниками крыжовника и смородины, а также сложными клумбами различных диковинок, собранных со всего мира. Точнее, из доступных для нас городов и местностей. Никто не отменял войн, просто они стали совершенно иными, а океанские пути и вовсе закрыли из-за проклятий и призванных из подпространства монстров, уничтожающих корабли и всех энтузиастов.
Это место навевало ностальгию: ещё несколько лет назад я училась здесь магии и наукам, постигая необъятный пласт знаний, необходимых ведьме для выживания. И вот сегодня я шла забирать брата с уроков, чтобы вместе с ним отправиться в путь до Закрои. Меня волновали запахи, и не могла надышаться, ведь здесь встречалось столько интересного! Кажется, в детстве я перенюхала каждый листок, запоминая ароматы, и сейчас даже с закрытыми глазами смогла бы определить, какому растению принадлежит каждая нотка.
— Нет! Не надо! Остановись!
Хех, какие узнаваемые крики. Свернув за угол здания, я увидела знакомую до боли (в одном мягком месте) картину: зачарованная метла давно перестала мести песок и листву на дорожках и переключилась на ту, что ещё не опала... то есть на деревьях. В данный момент страдал клён, теряя листья и мелкие ветки. Под деревом носились две юные ведьмочки, и одна из них была моей младшей сестрой по отцу.
— И за что вас наказали? — прищёлкнув пальцами, я подозвала к себе метлу, снимая с неё неумелые чары оживления. Метла дёрнулась в моих руках, оставив занозу – последний протест против возвращения в скучную роль инвентаря.
— Мила! — Катерина подбежала ко мне и обняла так, словно я спасла ей жизнь. — Все силы мира, как же ты вовремя! Мы с Лизой вазу утром разбили. Не специально!
— Вместе чаровали? — кивнула на метлу в своих руках.
— Да, — всплакнула Лиза, теребя край фартука, явно выданного на период работ. — Так старались, старались, а она... Стерва! — если бы девочки уже владели чарами проклятий, метла бы точно опала пеплом.
Улыбнувшись, я перекинула инвентарь через плечо и, наставительно подняв указательный палец, провещала:
— Нельзя использовать для чар вещи школы: они рассчитаны на то, что вы решите избежать наказания, — ну, кроме тех, что пригодны для уроков, но, думаю, они и так это поняли.
— Правда?! — распахнулись наивные глазки девочек, а щёки надулись от обиды.
Катерина же продолжила:
— Хорошо, что ты была рядом! Нам бы за клён ещё влетело!
— Что с ним только ни случалось, — с ностальгией оглядела дерево, отмечая пенёк ветки на стволе. Подумаешь, решила полазить по дереву, и ветка, которая до этого выдерживала все напасти, внезапно решила завершить свой жизненный путь именно под моим весом! Ух, как мне влетело! Тряпка, ведро и метла стали символами моего существования на долгие недели.
— Фирь-фирь, — заурчала ласка, выбираясь из-под лёгкой куртки, которую я набросила на плечи, выходя из дома.
— Ва-а-а! — выдали хором девочки, окружая меня и любуясь фамильяром.
— Это Егоза, — я потёрлась носом о её шёрстку, скрывая улыбку.
— Можно? — неуверенно протянула руку Катерина. Казалось, что её голубые глаза засияли даже сильнее, чем чёрные волосы с синим отливом.