— А я-то как рада тебя видеть, Мила! — в её словах звучала взволнованная искренность. — Ох, что это я, ты же теперь тоже Старшая…
— От этого я не перестаю быть Милой, — тепло улыбнулась я, целуя её в щеку и вдыхая запах малины и чуть кисловатых сливок.
— Ох, Фей, как же ты вырос! — она взлохматила волосы брата и чуть наклонилась, чтобы увидеть его глаза. — А-а, вижу, что юному колдуну пришлось чаровать наравне со взрослыми? Ну ничего, я вас быстро на ноги поставлю! Уж для детей Марии не жалко и самых редких зелий!
— Благодарю, уважаемая Дана, — произнёс Фей, несколько теряясь от такого напора энтузиазма. Последний раз они виделись где-то полгода назад, когда ведьма приезжала в Викару и гостила в мамином доме.
— Совсем арозенцы распоясались! — продолжала причитать ведьма Дана, взмахивая руками. — Всё точат и точат, вот и открыто укусить попытались!
— Это был Арозен? — ничуть не удивилась я, вспоминая разговор мамы и Гарана.
— А кто же ещё?! — воскликнула она, упираясь кулаками в талию. — Их гнилой запашок порой и в городе ощущается! Только месяц назад очередного шпиона поймали, а сколько их ещё тут?! Ладно, дети, пойдёмте ко мне. От такой поездки стоит прийти в себя, прежде чем идти к Верховной.
Развернувшись, она зашагала на выход из здания вокзала, где мы и встретились. Наш вагон уже разгружали, повышенный конвой из ведьм и колдунов не мог позволить случиться ничему противоправному, так что наше присутствие уже было необязательным, а потому можно было немного поиграть в дипломатию. По-другому наши действия в общении со Старшими и назвать было нельзя.
На улице рядом со Старшей Даной словно из теней соткался её фамильяр: пёс Король, по внешности схожий с борзой. Тёмно-серая шерсть словно искрилась на свету, впитывая в себя энергию солнца.
Фей сразу же убрал руки за спину, сдерживая порыв потрогать фамильяра. Женщина это заметила, судя по лёгкой улыбке, но потворствовать чужим желаниям не стала и продолжила путь к синему лимузину с символикой ковена.
Я же отмечала, как уважительно относятся к ведьме окружающие. Ещё бы, ведь она прошлая Верховная Закройского ковена, сложившая полномочия примерно сорок лет назад, но не потерявшая своего влияния, и как раз поэтому мы отправлялись именно в её дом, хотя, скорее, в резиденцию в четыре этажа высотой, расположенную на холме с видом на город.
— Мне показалось или ты что-то знаешь про нападение? — спросил Фей, когда мы остались с ним одни в гостевой, примыкающей к нашим спальням.
— Они пытаются шпионить у нас в городе. Насколько масштабен конфликт, меня особо не посвящали, просто попросили быть внимательнее, — всё же пугать ребёнка не посчитала нужным, а потому утаила то, что арозенцы умудрились протащить артефакт в зал Совета.
В этот момент зазвонил телефонный аппарат, стоявший на столике у панорамных дверей на балкон, и я не раздумывая сняла трубку.
— Рассказывай! — прозвучал требовательный голос мамы.
Глубоко вздохнув, отчиталась о произошедшем, услышала в ответ похвалу и просьбу передать трубку Фею. Подозвав брата, отошла в сторону, занявшись разбором вещей и проверкой винтовки. Фей в это время внимательно слушал маму и словно успокаивался с каждым её словом.
— Да, мам… Нет, всё хорошо. Я в порядке… Обещаю плотно поужинать и погулять по городу. Да, — он покосился на меня и, словно стесняясь, проговорил: — Я тоже тебя люблю… Передам, хорошо.
— Меня любят? — уточнила я, наблюдая, как он кладёт трубку на аппарат.
— А ты сомневалась? — немного нервно отозвался Фей.
— Время от времени, — пожала плечами. Когда ты уже взрослый, с одной стороны, очень не хватает таких подтверждений, с другой – ты не сильно-то их и ждёшь.
Старшая Дана заглянула к нам в полдень и проследила, чтобы мы выпили по три бутылька зелий с небольшим перерывом. Если к первым мы ещё относились с подозрением после всего пережитого, то самое последнее зелье пили уже без косых взглядов в сторону ведьмы. Имбирно-лимонный привкус словно сам по себе дарил энергию, но я смогла распознать ещё несколько ингредиентов и лишь радовалась про себя, что эта женщина дружит с нашей мамой. Потому что тот же шафран было почти не достать в наших краях: его полностью уничтожил грибок сотню лет назад, и теперь его привозили к нам из-за моря, сильно завышая цену.