— Спасибо, Цифей, — благодарно кивнула она, рассматривая наброски. — Хм, а этот мне знаком… Занимательно, что в Закрое арозенца не признали, — она устремила взгляд в окно, словно глядя на проносящиеся здания, но я знала, что она прямо сейчас с кем-то связывается: воздух будто сжался от сгустившейся магии.
— Мам, — позвал её Фей, когда она завершила ментальное общение, — насколько всё серьёзно?
— Серьёзнее некуда, — отозвалась мама, бросая на меня недовольный взгляд. А что я? Мы просто поговорили! Он же не глупый, сам догадался! — В таких вопросах всегда имеет место быть предательство, поэтому не болтайте об этом направо и налево. В курсе только те, кто видел последствия прошлого раздора, да вы, как те, кто точно не причастен.
Ну да, мелкие слишком, чтобы творить такие козни. Тут нужен опыт, чтобы пакостить ковену и не спалиться в итоге, как та дамочка в Закрое, которую перекосило оттого, что мы выжили.
Дома нас ждал отец, который был рад, что мы снова собрались все под одной крышей. За ужином он поведал, что нашёл источник бед в водоносных пещерах и четвёртая ветвь успешно справилась с проблемой, разобравшись с потусторонней тварью, что поселилась на глубине и тщательно скрывалась от магического взора. Фей слушал папу с широко раскрытыми глазами, казалось, что этот рассказ впечатлил его даже больше, чем пережитые события последних дней.
— Как он выглядел?! — спросил Фей, подскочив с места, и навис над столом.
— Как огромная куча щупалец с десятью глазами, — ответил папа, морщась от воспоминаний.
— Размером с дом?! Правда? Как же его победили?
— Очень много разрывных патронов, две базуки с арсеналом и целый спектр защитных чар, чтобы пещера не обрушилась.
— А боевые чары? — продолжал допытываться брат.
— В большинстве своём не действовали…
Переглянувшись с мамой, мы взаимно решили уйти в соседнюю комнату, чтобы поговорить уже без брата. Хорошо, что отец занял его разговором.
— Что успела заметить? — с порога задала Верховная вопрос, намекая на официальность разговора.
— Про женщину на вокзале бессмысленно спрашивать? — ответила вопросом на вопрос, следуя за ней к креслам.
— Бессмысленно: она выпила яд, когда поняла, что её преследуют, — недовольно цокнула языком мама, разместилась на сиденье и подозвала своего фамильяра, который всё это время неизвестно где пропадал.
Мама когда-то разрешала мне тискать Ричи, особенно когда я была совсем малышкой. Сейчас, видя, как кто-то тянет руки к моей Егозе, понимаю, сколько терпения и любви нужно, чтобы позволять играть со своим фамильяром. И я в очередной раз восхитилась мамой, которая воспитала немало своих детей за эти столетия.
— Кхм, — напомнила о разговоре Верховная.
— Да, прости, — кашлянула я в кулачок и села напротив. — Все в обороне экспресса вели себя должным образом, я не заметила, чтобы кто-то играл на стороне врага. Они не идентифицировали «Болотный ад», но, как понимаю, это редкое проклятие.
— Довольно редкое, — кивнула мама, продолжая почёсывать кота за ухом. — Они прошляпили «Проклятие мёртвых», а ведь его видно, если следить за горизонтом. Я им ещё устрою.
— Мы приманкой были, а не груз? — уточнила я, испытывая волнение оттого, что задаю этот вопрос. Мама кивнула, и тогда я продолжила: — Не сказала бы, что не раздражена из-за этой ситуации. Ты сильно рисковала…
— И не достигла цели, — завершила за меня фразу мама. — Приношу извинения. Твой вклад неоценим, и я надеюсь, что произошедшее не повлияет на твою лояльность.
— Я обижена, но не настолько, чтобы сойти с ума, — мотнула головой, отбрасывая мешавшую прядь волос. — У меня есть понимание, почему ты так поступила, поэтому позволь просто немного подуться на тебя.