Метла Арины тоже была старой, явно доставшейся от кого-то из родственников. Поэтому взгляд девочки было легко расшифровать: она обрадовалась подтверждению того, чему её учили. Гаранская ветвь в целом была одной из самых современных, что казалось удивительным, ведь ей было столько сотен лет.
— Используешь меня как воспитательный элемент? Неужели меня всё-таки можно упоминать как пример для подражания? — не удержалась я от подкола, когда после короткого разговора Арина села на метлу и улетела.
— Я бы тебе рот с мылом вымыл, да боюсь заразиться в процессе, — не остался в долгу Гаран, чем вызвал улыбку. Кажется, я начинаю привыкать к общению с ним. — Ну, и что ты лыбишься? Прокляла кого?
— Исцелила… вчера, — поправила я, шагая вместе с колдуном по территории станции. Мне кажется или в прошлый раз фонари в это время не горели? — Эм, а это нормально?
— Тратим, как только можем, — помрачнел Гаран, сжимая кулаки. — Элия и Орёл возвращаются из Морены, надеюсь, в дороге ничего не случится и мы перекинем часть энергии на новые батареи.
В малом зале ситуация практически не изменилась, на мой взгляд: генераторы всё так же сверкали и словно норовили взорваться. Вот только вдоль стен прибавилось рун, которые медленно проплавляли поверхность, точно проклятие пыталось отодвинуть их как можно дальше.
— Действуем вместе, — предупредил Гаран, наблюдая, как я надеваю артефактные перчатки. — Я чарую, ты следишь. Запомни сигнал…
Перед моими глазами появился парящий символ руны возрождения, которую обычно используют при формировании барьеров.
— Рядом будет цифра, это минимальное число секунд, на которое нужно вернуться.
— У нас меньше времени? — не понравился мне его тон.
— Пока не знаю, — колдун сделал первый шаг к кубам, и те засияли ещё ярче. — Начнём…
***
Следующие полторы недели словно слились в повторяющийся день. Я прилетала на станцию, и час нашей работы с Гараном растягивался для меня на все полтора, после которых я походила на выжатый фрукт. Короткие прыжки во времени не особо перегружали, но каждый день в какой-то момент колдун требовал от меня уйти на пять-семь минут назад и рассказать ему о произошедшем во всех подробностях. После этого мы сидели ещё час, а порой и все три, и разбирали комбинации рун, которые не сработали, а потом Гаран следил, чтобы я плотно поела в местной столовой, и отпаивал укрепляющими зельями.
— Что беспокоит, мелкая? — спросил колдун в один из дней перед началом очередной попытки.
— Что мы не двигаемся, — ответила я, слыша утешающие фырчания Егозы под ухом.
— Порой это даёт больше пользы, мы ведь не ошибаемся.
— Это ты не видишь! — огрызнулась я. — А я постоянно то сгораю, то наблюдаю, как тебя разрывает на части!
— Тебе нужен перерыв? — спросил Гаран, присаживаясь напротив меня на корточки, заглядывая в глаза. Его взгляд, прежде тёмный, наполнился серебром, как бывает каждый раз, когда он применяет чары.
— Я в порядке, — отвернулась, чувствуя, что стул подо мной словно шатается.
— Завтра не приходи… — решил колдун. — И послезавтра тоже.
— Я в порядке! — крикнула, попытавшись встать, но ноги подкосились, и я упала бы, если бы Гаран не успел подхватить.
— Не перечь мне, Мила! Явишься через неделю! — он усадил меня обратно и, отступив, достал из шкафчика две порции укрепляющего зелья, одно из которых протянул мне. — Сегодня прекращаем после трёх откатов, просто проверим пару моментов, а потом я соберу малый Совет.
— На который меня, конечно же, не пригласят, — с горькой усмешкой я опрокинула в себя бутылёк и почувствовала привкус дыни и орехов, призванных заглушить изначальный вкус зелья, от которого меня выворачивало уже после первой недели наших экспериментов.
— Ты, конечно, много сделала, — Гаран неожиданно ласково погладил меня по голове и отдёрнул руку, будто сам испугался этого порыва, — но есть вещи, которые обсуждают не просто Старшие, а старые…
Да что я сделала? Топчусь тут на месте, а мои силы тают с каждой новой попыткой и за ночь едва успевают восстановиться.
Поднявшись, шагнула вперёд к кубам-генераторам, рассматривая их и не понимая, как… как остановить его.