Хм, вижу Шарлию из пятой ветви, Орла – из третьей, даже не знала, что он уже вернулся, ещё узнаю Хорса, хитрого лиса из седьмой. Если он здесь, то и Карат, видимо, тоже: уж он-то вряд ли отпустит неопытного сына в путешествие до Викары мимо одного из городов Арозенского ковена.
Уже на верхних ступенях мысленно уточнила у дяди Гектора, когда он поднимется.
«Как все соберутся», — раздался голос, еле слышимый в шуме музыки. Вот тоже выдумка, отчего нынешние песни такие громкие и почти ничего не разберёшь в куплетах? Надо бы выбраться на концерт Шаглова, если мастер баллад ещё жив. Сколько уже ему? Лет шестьдесят, наверное… Жаль, что век простых такой недолгий.
На крыше сиял свет, создавая иллюзию пустыни в стёклах, словно мы оказались вдали от города в своём маленьком оазисе. Пройдя мимо сада, я вышла по деревянному настилу к бассейну.
— Ба!.. Мария! Как я рада тебя видеть! — пришлось здорово наклониться, чтобы обнять лежащую на шезлонге Верховную, но я была готова сделать это ещё пару раз.
— Видела ж на той неделе, — хмыкнула она, целуя меня в щёку и чуть отстраняя бокал с лимонадом, чтобы не опрокинуть случайно.
— Та то ж официально! — отмахнулась я и ещё раз обняла её.
Сколько помню Верховную, никогда не видела её с вином, разве что с зельями, но там свои причуды. Наверное, когда есть вечная угроза травануться насмерть коктейлем «Прорыв», начинаешь неосознанно избегать любого алкоголя, который тоже можно было посчитать тем ещё зельем эйфории. Я к этому пришла только на четвёртом столетии, успев изрядно покутить и замучить несколько родственников, кое-кого даже насмерть… мир их праху…
— Всё под старушку косишь? — обратила на себя внимание Кара.
Обернувшись, увидела тётю, которая, покачивая ногами, беспокоила воду в бассейне, где на надувном матрасе медленно плавал из угла в угол Карат.
Ха, я была права! Раз Хорс в городе, то и папаша его тоже! Но надо ответить Каре, пока пауза не затянулась:
— Я хотя бы притворяюсь старушкой, не то, что некоторые.
Для кого-то другого это прозвучало бы грубовато, но Кара рассмеялась, как я и ожидала. Подойдя, я обняла её и прошептала на ухо:
— Ух, грымза! Утопила бы, да люблю сильно!
— Взаимно, склочница древняя, — похлопала она меня по спине.
Обняла я не всех, добравшись в конце до Эсфирь, которая не первый раз подменяет на таких малых Советах бабушку, вечно пропадавшую в мастерских. Верность пятой оружейной ветви была незыблемой, уж как этого добивалась тётя Роза, я не знаю, но мы шутили, что она отстреливает всех подозрительных ещё в детстве.
На малый Совет не допускали младшие ветви, а также одарённых, кто наравне с главами добился статуса Старшего и мог заседать в Совете. Здесь встречались только самые ближние соратники, истинное Сердце Викары, как бы там Гаран ни размахивал руками над своей станцией, пытаясь доказать, что именно его творение поддерживает жизнь в городе. Мы вот совместно с четвёртой ветвью чаруем землю и следим за урожаем, пусть этот колдун попробует прокормить население метрополиса в не зачарованной пустыне, тогда и узнаем, кто там самый важный в ковене.
К моменту, как все собрались, я давно сбросила морок и на пару с Каратом резвилась в бассейне. К Каре же под бок присела Лилия, нетерпеливо размахивающая тонким хвостом с кисточкой. Взгляд тут же скользнул к Верховной, одетой в бриджи и блузку, которые не позволяли никому увидеть золотые змеиные чешуйки на её теле. Кроме того, она скрывала изменённые пальцы ног тканевыми туфельками.
Всё же, несмотря на неотвратимость мутаций, каждый из нас прятал их, как только мог, вот и тётя Лиля не скрывала свой хвост лишь в нашей компании. У меня когда-то были рожки, но я умудрилась их свести в один из прорывов сил, заслужив подзатыльник от бабушки, которая была недовольна тем, что я так бездарно потратила попытку усиления.
— Булькаете тут, а я работаю, — услышала недовольный голос Гарана, ступившего на крышу. — И брат работает, еле оторвал от посетителей этого хренова энерговампира!
— Сам-то недалеко от меня ушёл, — дядя Гектор словно вышел из нави прямо у шезлонга Верховной. Наклонившись, он поцеловал ладонь Марии и тепло улыбнулся ей.