— Мама! — закричала я настолько громко, насколько оставалось сил. — Мама!!!
Ну же! Ведь сработало на станции у Гарана, почему сейчас не должно? Может, нужно нарисовать какой-то призыв из рун?
— Мама!..
— Милана, что происходит? — попробовал спросить Леонид, но ответ ему услышать оказалось сложно…
Сложно что-то услышать, когда тебя сносит зелёно-золотой волной и буквально впечатывает в стену. Хоть бы не погиб!
— Это не он… — прохрипела я, наблюдая, как материализующаяся на кухне мама готовит следующие чары.
— Кто? — повернула она голову в мою сторону, сверкая зелёными глазами, зрачок которых вытянулся в змеиный.
— Школа взлетела на воздух, — проговорила я, ловя испуганный взгляд Верховной, которая прекрасно осознавала, что это означает гибель всего молодого поколения разом.
— Когда?! Время?!
— Я испугалась… — захныкала я. — Я не посмотрела на часы, но ушла назад где-то минут на тридцать шесть…
— Тридцать шесть, — повторила мама, оглядываясь. — Лучше считать предел в тридцать минут, на всякий случай. Где твой фамильяр?
— Прости… я не…
— Поглотила? — она опустилась на корточки рядом и стёрла слёзы с моего лица. Затем взяла за руку и попыталась восполнить мои силы, но она словно заливала энергию в разбитый сосуд. — Мне жаль, что тебе пришлось пойти на это…
Поднявшись, она позволила себе всего мгновение на раздумья, а после её пальцы закружили в воздухе в сложном танце, формируя сразу несколько параллельных чар, которые разошлись по округе.
— Вот же крысы! Сидят, ждут мою девочку… Гаран!
— Чего кричишь? — колдун словно вышел из розетки, сформировавшись из потока электроэнергии. Быстро окинув кухню взглядом, он выдал: — Ох, ё-о-о!
А я в этот момент почему-то подумала о том, что он может слышать многое, что творится в городе, но, наверное, объём таков, что одному ему это не осилить.
— Ты переработал проклятие? — спросила Гарана мама.
— Не совсем, но работать можно, — колдун почесал затылок и подошёл к лежащему без сознания, травмированному Леониду. — Возможно, меня расплавит при попытке использовать энергию в своих целях.
— А времени на улучшение нет, первый удар по школе, — ответила мама, и я ощутила, как кухня наполнилась статическим электричеством, воплощая эмоции Гарана. — Мила выгадала для нас полчаса. Пока откачивай её, нам бы пригодились короткие прыжки во времени, а я пока свяжусь с остальными.
— А с ним что? — Гаран легонько пнул Леонида в бок. — Вроде живой.
— Кинь пару целебных, чтобы дожил до помощи. Как только запущу общий оборонный контур, его переместит в убежище, — отмахнулась мама, рисуя в воздухе очередные символы.
Гаран уже начал вливать в меня первое зелье, когда на кухне появилась Эсфирь и, судя по её виду, она подобного не планировала. Осмотревшись, ведьма легко определила виновника своего перемещения:
— Все демоны морей, ты меня так до могилы доведёшь!
— Кто-то зарился на новые пули? — мама не стала обращать внимания на её возмущения, а я сразу подобралась от озвученных слов, даже появились силы привстать и опереться спиной на столешницу перевернувшегося стола.
— Милана и зарилась, — ответила Эсфирь, вгоняя меня в краску. — Ещё Талия заходила, стащить не пыталась, но было видно, что косилась на место, откуда энергия шла.
— Прям ни одной не пропало? — поднял бровь Гаран, вскрывая пломбу с очередного зелья. Он мне таким темпом внеочередной прорыв сил устроит, когда это всё замешается у меня в желудке.
— Пропало, конечно, — поморщилась ведьма. — Но пули, когда за контур уходят, обычными становятся. Кто украл, не увидела, чей-то фамильяр, мой не угнался.
— Видимо, ими по мне и стрельнули, — пробормотала я.
— Так ты ещё и под пули полезла?! — ахнула мама.
— Прости, — я вжала голову в плечи и едва не поздоровалась лбом с полом, но Гаран не дал мне этого сделать.
Отвернувшись, мама закусила губу, словно на что-то решаясь. И приказ последовал:
— Гаран, залей ей зелье «Оазиса снов». Эсфирь, у тебя же была колба?
— Ага, но её вырубит на час, а потом как минимум месяц будет нежелательно пить что-либо из укрепляющих. Второй шкаф, третья полка справа, — ответила моя соседка, совершенно не удивляясь появлению ящичка у раковины. — Вот оно.