***
Марсий Талийский
Поезд прибывал на станцию неторопливо, я бы даже сказал, вальяжно, словно его пассажиры были хозяевами самого мира. Это напрягало, но мы вместе с группой одарённых из разных ветвей приняли решение, что хотим выжить, а не сгинуть в войне ковенов. Мы сделали всё, чтобы никто, кроме нас, не узнал, что сегодня прибудет поезд, который впустим в город без каких-либо препятствий. Даже снимали ковенские браслеты на всех встречах, ведь ходили слухи, что Старшие используют их как способ слежения за одарёнными.
Первая сошедшая на перрон беловолосая ведьма казалась совсем юной, но меня просто пробрало от грозного взгляда, которым она прошлась по рядам встречающих. Вот она – мощь тысячелетних!
— Приветствуем в Викаре, Песчаном граде, — вперёд вышла сестра и, пересиливая себя, поклонилась древней ведьме. — Я Валерия Талийская.
— Карина Арозенская, весьма рада вам, леди, — прибывшая обошла нашего парламентёра по кругу, рассматривая её золотые волосы и голубые глаза. — Похожа-похожа, но всё равно не то…
— Простите?
— У Основательницы Виктории тоже когда-то были голубые глаза, — произнесла Карина Арозенская и зажмурилась на мгновение, будто что-то вспоминая, — да ближе к тысячелетию позеленели. Обмельчали её наследники, даже странно, что её свои же умудрились убить.
— Свои? — непонимающе переспросил я, и казалось, что голос мой был негромок, однако арозенская ведьма услышала.
— Ох, Вика-Вика, продолжает беречь своих потомков от горечи правды даже после смерти. Её Ирис отправила в навь, а уже потом с той так же поступила и Мария. Проклятый город… Дочери только в путь предают правящую ведьму. Интересно, проклятие сохранится после того, как мы заберём Викару?
Речь ведьмы звучала пугающе, ведь мы выпросили жизнь только для себя и детей. На перроне становилось всё теснее, из поезда выбирались одарённые, гружёные артефактами и оружием.
— Надеюсь, вы с должным усердием отнеслись к подготовке? — вышел вперёд колдун, подбрасывая в руке шар, светящийся алым цветом.
— Да, оружие подвезено и ждёт на вокзале, — произнесла Хлоя Аминская, праправнучка Старшей Амины.
— Хорошо, — кивнул колдун и склонился к ведьме, что тенью следовала за ним: — Нина, будь добра, порадуй нас.
— Секунду, — произнесла та, достала некий амулет и легко разломала его пополам, словно он не был из металла.
Грохот донёсся до нас не сразу, гораздо раньше мы увидели вспышку и легко определили точку удара. Наша школа… Место, которое мы просили не трогать. Настоящий вой прокатился по нашим рядам, матери, чьи дети должны были быть там, попытались пробиться прочь с перрона, но были остановлены арозенцами, которые совершенно не церемонились с озверевшими от ярости ведьмами.
— Отпустите их! Там же наши дети! — выскочил вперёд я.
— Чужие, — усмехнулся со злорадством колдун с алой сферой, — нам прикормыши не нужны, да и вы тоже не особо. Младенцев достаточно. Может, ещё заберём несколько колдунов с необычными дарами. Вот у тебя какой дар? — спросил он, заставляя меня в полном шоке отступить назад. — Ха, по глазам вижу, что нет чего-то специфического, самый обычный.
— Вы же не думали, что вы одни нас ждали? — зевнула Карина Арозенская. — Ваши знатные хотят избавиться от вас полностью, и их предложение поинтереснее, чем ваше. Вы рассказали нам всё, что нужно, и больше нам не нужны, если не докажете обратное.
— Что от нас требуется? — раздался чей-то голос, который я не смог узнать из-за стука сердца, отдающего ритмом в уши.
— Повоевать бок о бок с нами и доказать свою верность, конечно же, — отозвалась одна из арозенских ведьм. — Любая лояльность Викарскому ковену будет караться смертью. Выдвигаемся! Скоро нас начнут искать. Каждый знает свою зону! Разбирайте местных и бегом! Бегом, я сказала!
— Идём, крикливый, — поманил меня пальцем ухмыляющийся колдун. — Будешь рыпаться, станешь частью моей сферы…
Что-то подсказывало, что в прямом противостоянии мне не выстоять. Про себя решил, что, если пойму, что Викара побеждает, сделаю всё, чтобы подставить этого урода, который явно обожал убийства. Если его сфера собирает силу живых людей, то он – монстр, существование которого опасно для всего нашего мира.