— С чего бы? — я ухмыльнулся, снова приготовив обеззараживающий раствор. — Может, это коварный план по спаиванию незамужней девушки для чего-нибудь ужасного? Например, — плеснул на рану и накрыл смоченным бинтом.
Кэсси вздрогнула. Но теперь вместо того, чтоб дёрнуться, она, наоборот, повернулась ко мне, забыв о смущении, и упёрлась лбом в плечо, будто ища защиты.
Не проронила ни звука. Только чаще задышала.
Я знаю, насколько это больно. Бывалые охотники не всегда сдерживаются в выражениях, а такая хрупкая девушка смиренно терпит.
Кэсси удивляет и интригует меня всё больше.
Я очень старался не растягивать обработку ран, но и торопиться в таком деле нельзя. Кэсси обнималась и царапала спину. Возможно, у её жениха всё же возникнут претензии. Из-за сильной боли она жалась ко мне, горячо дышала в шею.
А жарковато здесь. Может, печку погасить?
Дважды я давал ей ещё по глотку настойки. Последний Кэсси выпрашивала со слезами, поскольку дела с бедром обстояли хуже, пришлось зашивать. Мне нужно было снять с неё платье целиком. Думал, снова придётся уговаривать, но ведьма покорно скинула испорченный наряд и осталась в тонком белье. Кружево, мать его.
После чистки я присыпал раны специальным порошком. Он должен убить всю гадость, которую мы называли спорами падших. Основная причина заражений, если верить лечащим магам.
После всех процедур Кэсси почти лежала на моей груди. Я даже немного отклонился, чтобы ей было удобнее, и успокаивающе гладил её по волосам. Заживляющая мазь — самая приятная часть. Холодок снимал отёк, боль и казался чуть ли не поцелуями богини. Девчонка даже постанывала, измученная обработкой ран.
Признаю, я погорячился, когда сказал ей, что физиология в руинах неуместна. Слушать всё это, чувствовать молодое женское тело и ничего не ощущать может только тот, у кого с этой самой физиологией проблемы.
Само собой, сегодня мы уже никуда не пойдём, а значит нужно придумать, как остыть, находясь с Кассандрой в одной маленькой и тесной комнатке. Впрочем, мне неплохо помогало чувство вины. Нельзя было отпускать её к трупу.
Голова гудела. Я осторожно выполз из-под девушки и пошёл за одеялом, чтобы укрыть её. Кэсси нужно поспать, да и мне тоже. Скоро стемнеет, на улицы выползут самые страшные твари, так что переждём здесь. В тепле и относительной безопасности.
Я взял с полки одеяло и, обернувшись, вздрогнул. Кассандра сидела на кровати, наклонив голову к плечу. Её волосы лежали серебристыми волнами и едва прикрывали высокую девичью грудь. Кажется, она забыла о приличии.
— Жёстко лежать?
— Да, — непривычно низко выдохнула она. — И ещё… холодно.
Ага, холодно. Я вот с радостью бы вышел подышать, да мне там неприятная компания обрадуется.
— Я подброшу полено в печь.
— Не надо. Лучше ляг со мной. Ты… такой тёплый… хорошо было лежать.
— Сейчас в тебе говорит алкоголь. Кровь разогрелась, многое случилось. Ложись и спи. Одежду пока не дам, пусть раны дышат. Я приготовлю ужин, а ты отдыхай.
— Но ведь это моя… — теперь её голос звучал обиженно, даже губки надула. — Обязанность.
Твою мать… У меня экзамен на терпение, да?
— Лежи, — я поспешно отвернулся.
Нашёл в сумке ковш и мешок с водой. Приготовлю горячего. Сосредоточиться и не думать, в каком виде она там лежит. Я не железный. И уж точно не святой. Не учёл я, что, путешествуя по опасным местам вместе с красивой девчонкой, велик риск не сдержаться.
Её Лиам — идиот. Если он правда планирует жениться, то сильно рискует, позволяя ей самостоятельно добраться. Если нет, то идиот вдвойне. Она же чистый лист. Воспитывай как нравится, девчонка чуть не в рот заглядывает.
В любом случае, я должен взглянуть ему в глаза. Понять, какой именно сын пришёлся по вкусу лорду Рэйквелу.
Налив в ковш воду, я завязал мешок и отложил в сторону. Потянулся было к сумке, чтобы достать один из мешочков Кэсси, как почувствовал тонкие руки, заключившие меня в объятия.
Кольчугу и всю экипировку я снял. Сейчас на мне лишь тонкая рубашка, а на ней… похоже, ничего. Выходит, нас разделяет только моя рубашка.
— Рауль, — голос Кэсси стал глубоким и слегка подрагивал. — Я сегодня чуть не умерла.