4 Вот так вот сядешь писать, вам рассказывать, – вроде столько всего было, а как поверишь? Мне-то что, мне в достоверности сомневаться не приходится, а вот вы, наверное, читаете и думаете: «Мели, Емеля, твоя неделя». Ну да я не настаиваю. Было и было, а правда или нет – какая разница?
Да, еще надо сказать, что ведьмонька моя в повседневности вполне человечна: в боевой раскраске не ходит, лягушек не ест (не в обиду французам будь сказано), на метле не летает. Есть, конечно, свои исключительности, но у кого их нет? Чать, не амебы какие-нибудь или поп-звезды российские.
Она, если хотите, готовит так, что закачаешься! Да если и не хотите, все равно готовит. Сидишь потом на унитазе качаешься.
И танцует на загляденье! И ножками тебе, и ручками тебе: ух-ты, ух-ты, ой-да! ух-ты, ух-ты, ой! И глазками-то поводит, и бровками-то подергивает!
Эх, разорвись моя рубаха,
Мамка новую сошьет!
Ух-ты, ух-ты… Я, правда, сам не видел, но говорят, что очень на танец похоже.
А еще она ананасы любит. Ой, как любит, прямо удержу на нее никакого нету! Вот и ходит по касательной мимо них, вот и смотрит. Подойдет, спросит, мол, почем один-то хоть. Ей скажут, она отойдет в созерцательном настроении. Походит кругами минут десять, глаз с них не спуская, опять идет с вопросом, мол, не случилась ли значительная уценка, покуда она променадилась. И так в который день по два-три часа нагнетает обстановку. Ее уж все продавцы ананасов не только в лицо или понаслышке знают, но и в профиль, а кто и со спины не ошибется. Хвалят за настойчивость, любят.
А смешная она бывает! Раз, помню, газировку открывал и брызгами струйными пробороздил ей макияжное покрытие и в ухо еще, кажись, попал. Ох, и смешная она была! Я до икоты хохотал! И клоунов не надо!
Но это я все как бы с юмором говорю, вроде шутки. На самом-то деле она иной раз такое ляпнет, что не до смеха. Дай, говорит, червонец, и все тут! Я в такие моменты стараюсь от нее подальше держаться, – шут ее знает, что у нее на уме, дикарка ведь.
Кстати, что до дикости ее, то за примером далеко тянуться нужды нет. Буквально на днях, правда, лет пять назад, пошли мы с ней в гости в Общество Откровенных Алкоголиков. Знаете, наверно, такое. Его специально никто не создавал, оно как-то само отпочковалось от аналогичного, только анонимного общества. Потому что наши попробовали пить анонимно и сильно разочаровались. Ну никакой радости от такого саморазложения! В широкой душе подобная узость не помещается.
Так вот, пошли мы. Я в предупредительной манере попросил ее воздержаться от диких выходок. Она же, хоть и ведьма, а все равно баба – может брякнуть что-нибудь типа «не пей больше» или равновеликую возмутительную чушь. Ну я и попросил воздержаться. Она плечами пожала, вроде согласительного знака, на том и договорились.
Приходим, садимся, пьем, все путем. По графику разговор налаживается порывисто-буксующий, все довольствуются обществом друг друга. Кроме нее!
Она, смотрю, в уголок забилась с котом хозяйским, чего-то там с ним шепчется и на нас зыркают оба. Поздно я осознал все чреватости такого их поведения! Ведь по жизни же знаю: как затаится с кем-нибудь, неважно с кем, так обязательно начнутся искажения. И точно! На что-то она кота сагитировала, тот спрыгнул с дивана, и к нам. К Андрюхе подошел, об ногу потерся и на Тосю оглядывается. Та ему чего-то кивнула, подмигнула – он к Славке. И тоже об ногу. А пока Славка брыськал, Андрюха-то на полуслове осекся, безразличия преисполнился и сполз со стула куда довелось. Мы подивились такому его представлению о дружеских застольях, но чувство такта возобладало над желанием поязвить и мы уступили его безмятежности. А кот уже об Олега трется. Славка, соответственно, как-то встревожился на мгновенье и обмяк без лишних укоров. Тенденцию наблюдаете? А я-то вот не сразу сообразил. А когда соразмерил, уже поздно было: все мои соратники полегли без брани. Кот же на меня снизу вверх глянул свысока, одним глазом подмигнул и на руки к Тосе запрыгнул. Она его поглаживает, он мурлычет. Бойцов перегарного фронта, вроде, никто не поглаживает, но они тоже подмурлыкивают. Я прислушался – дыхание у всех ровное, без внутреннего протеста. И это притом, что водки еще, как слов в словаре! Дикость какая-то.
Но вы-то уже смекаете, от кого дикость эта исходит? А я про то латентно и намекаю: дикая она, моя ведьмовка.
5 Вообще-то, когда уже зацепишься, оно намного проще рассказывать: последовательности можно выстраивать, перечислениями пустоты раскрашивать в ожидании неизбежного финала, а там вывод какой-нибудь подсудобил или недосказанностью ошарашил и – хлоп! книжкой. А на обложке цена улыбается. И вам не обременительно, и автору приятно. Не так, конечно, приятно, как издателю, по-другому, но все-таки не задаром трудился. Чего-то да стоит, хоть и косвенно.
О чем, бишь, я? Ах, да – о последовательностях. (Ох, и длинное слово, почти как ДНК расшифрованная.) Так вот, ведьмовка мне еще одну штуку показала. Даже не знаю, сумею ли изложить полноценно. Смысл такой: причина может стоять позже следствия.
Да вы, впрочем, и сами это знаете сто раз. Гость, например, только что пришел, а вилка за полчаса до того упала. Или вдруг с бухты-барахты покупаешь коврик для автомобиля, хотя сам – потомственный безлошадник в седьмом колене, а через неделю выигрываешь машину. Бывало такое? Да бывало, бывало, по крайней мере, с вилкой все имели опыт. Так вот. Безусловно, можно все списать на случайность, совпадение, или даже перевернуть все с ног на голову: мол, вилка – причина, а гость – следствие. Кто поизощренней, предчувствие упомянет, на приметы сошлется. Каждый сам себе последняя инстанция, я спорить не буду. А только Тося мне так говорит: что случится, то уже случилось. В будущем. (Не путать с «чему быть – того не миновать».) И от того, где ты в будущем упал, зависит, куда ты идешь сейчас соломку стлать. Одно только «но»: замечаешь ты это, только когда угадываешь. Если же промахнулся, не послушавшись себя-будущего, а руководствуясь нынешним опытом и стеля ее там, где сейчас считаешь нужным, то пеняешь на неудачу, интриги, козни, судьбу. На самом-то деле все логично всегда, даже если логика тебя не устраивает, тем паче, что и не знаешь ты ее. То есть ты потому сегодня в казино проиграл, все поставив на 8, что назавтра подлым образом доверчивого человека надул. А не наоборот. Словом, Время едино и неразрывно. Ему без разницы, куда причину ставить – вперед или назад. И если ты сегодня в колодец плюнул, то именно поэтому тебе вчера из него напиться не дали.
В общем, что случится, то уже случилось. А проверить легко: поковыряйся-ка в себе сегодняшнем, и ты обнаружишь многие причины прошлых событий. Например, это ты сегодня такой до денег жадный, поэтому тебя еще пять лет назад бросила любимая, которая терпеть не может жадных.
Also sprach Wedmonka. Вернее, она не так говорила, а гораздо весомей и складней, а я уж пересказываю как получается. Все люди, говорила, знают, что с ними будет, но настолько смутно знают, что сами себе почти не верят. Вот не веришь ты, что в будущем хорошим будешь, а то бы мне сейчас вот эти цветы подарил. Ну а раз не подарил, то и не будешь. Нельзя же так: мол, завтра буду славным парнем, а сегодня, глядишь, обойдется как-нибудь и без цветов. Зависимость-то взаимообразная, не всегда ж причины впереди.
Короче, запутала она меня так, что я, в надежде стать хорошим, на последние деньги купил ей букет, на который она глаз положила. Ведьма и есть.
Необидчивая она, кстати, по тем же соображениям. Если я, скажем, на свидание не пришел, то кому как не ей знать, что в ближайшем будущем найдется важная причина, чтобы мне быть в другом месте в это время. И меня приучила не обижаться. Ты, говорит, всего не знаешь, а потому затаи дыхание и принимай меня как есть. А не нравится – значит, недостоин. Так и живем: она ведьмует, я смиряюсь. И где здесь причина, где следствие, я уж давно не разбираю.