Ни я, ни деканы, не произнесли ни слова. Кажется, что каждого из нас слова Коновара затронули по-своему. Ощущение дома и семьи… По сути да, у меня это ощущение появлялось, пожалуй, только в Котлове. И здесь.
— Когда с вами стали происходить изменения, знали бы Вы, как внимательно я наблюдал за вами! — продолжил Коновар, лучезарно улыбаясь, — Надо сказать, что вы отличная команда!
Я обдумывала услышанное. Божество опустилось возле меня и протянуло руку, на которой светился большой зелёный шар. Коновар внимательно смотрел мне в глаза.
— Что бы ни происходило, нужно всегда помнить, кто ты есть на самом деле. Никогда не иди по чужому пути. Никогда не служи ложной цели. Всегда оставайся собой, даже если тебе кажется, что чужая жизнь лучше, чем твоя.
Я смотрела в глаза Коновару. Зелёный шар проник в меня, после чего я почувствовала жжение где-то на середине позвоночника — печать Изменения была моей.
— Я усвоила урок. Спасибо тебе. Думаю, что мы все что-то поняли для себя, — сказала я Божеству, на что он искренне улыбнулся.
— Что ж, я рад. Можете собираться. Через час над морем появится мост, он и приведёт вас в другой мир. Ух, думаю, всем вам будет очень интересно побывать в нём!
На этих словах Коновар подошёл к каждому из нас, крепко обнял и расцеловал в обе щеки, после чего испарился в воздухе.
— Вот это очень интересно, — сказал жрец, — Что ж, поздравляю, Амалия! А теперь давайте собираться.
Я переглянулась с Эвиасом. Глядя на мужчину, мне стало ясно, что он окончательно пришёл в себя, и снова стал для меня закрытой книгой. Его лицо совершенно ничего не выражало.
Эх, мне будет не хватать этого мира, однозначно. Мира, где мы, возможно, могли быть вместе.
Я получила очередную печать, меня похвалил ещё один Бог, но я, почему-то, не чувствовала радости. Скорее, у меня на душе скребли кошки.
Когда мы шли к морю, я то и дело оглядывала на заброшенную деревушку, в которую мы, хоть и на время, но вдохнули жизнь. Где мы были счастливы. Сейчас на нас снова обрушился груз ответственности, от чего наши лицо были мрачными.
Зато мы снова стали собой. Наверно, это то, что мы должны ценить.
Над морем виднелся красивый стеклянный мост, который вёл прямо в небо. Я сделала шаг, наступив не него, и снова оказалась в прошлом Эвиаса.
Глава 36
Я находилась в небольшом помещении с каменными стенами, которые подсвечивались свечами. Посередине комнаты стоял стол, за которым я увидела молодого Эвиаса и какого-то старого мужчину с длинной седой бородой и такими же волосами. Шаилиону на вид было лет двадцать. Его волосы были ещё не такими длинными, как сейчас. Внутри меня что-то ёкнуло. Как же красив Эвиас, а какая от него исходит энергия!
По разговору я поняла, что старый мужчина — это учитель моего будущего декана.
— Что у тебя, что у твоего брата я наблюдаю одни и те же ошибки, — сказал учитель, — Ты слишком заносчив, слишком горд! Это может погубить будущего колдуна!
— Я не понимаю о чём Вы, господин Нарг, — лицо Эвиаса было каменным.
— Всё ты понимаешь! — рявкнул учитель, — Когда человек думает, что он особенный, он не видит ничего перед собой.
Шаилион отвернулся.
Ах, вот ты какой, оказывается, Эвиас! Бунтарь!
— Ты не Бог, Эвиас! Ты и магия — равны.
Меня вытянуло из воспоминания, и я увидела перед собой пятый мир.
— Куда ты так отключилась? — обеспокоенно спросил меня Шаилион, — У тебя даже глаза стеклянными становятся.
Я нервно пожала плечами. Если я расскажу Эвиасу, он на меня разозлится и поставит защиту!
— Гелиана не приходит к тебе? Может Мария или Танирион? — не унимался мужчина.
— Нет. Господин Шаилион, может быть, просто так печати действуют, или переход в другой мир… — промямлила я.
Это звучало неубедительно, но Эвиас от меня отстал.
Я стала внимательно изучать место, в которое попала.
— Ого! — сказала я, оглядываясь, — Готичненько!
Пятый мир оказался кладбищем. Повсюду стояли старые памятники и склепы. Кое-где, между могилами, росли деревья, которые выглядели абсолютно безжизненными. На небе светила полная луна.
Я видела, что по тоненьким дорожкам, между памятниками ходили духи. Жутко.
Я заметила между могил, как в нашу сторону двигается высокий человек в чёрном балахоне. Человек подошёл к нам вплотную. Его лица не было видно, но по тонким бледним кистям и длинным пальцам, я смогла понять, что перед нами женщина. Она не произнесла ни слова и, повернувшись к нам спиной, медленно стала продвигаться вглубь кладбища. Мы пошли за ней.