Надпись гласила:
«Сядь на метлу и скажи: я, [твоё имя], отныне твоя хозяйка».
Боком я пристроилась на метле, неуклюже держа её руками, чтобы не упасть и уверенно сказала:
— Я, Амалия Эвер, отныне твоя хозяйка!
В этот же момент между моими руками и древком метлы начала вибрировать энергия, которая связывала нас. Я тут же поняла, что нужно делать дальше, как будто всю жизнь летала на мётлах.
— Аскольд, смотри, что я могу! — кричала я Аскольду, взмывая над крышей дома.
— Молодец, молодец, Амалия, — хлопал снизу Грифф.
А я летала над своим домом, радуясь ветру в развивающихся рыжих волосах и ощущению свободы.
Глава 9
Дни летели. Я потихоньку обживалась в Котлове — продавщицы магазинов узнавали меня, а соседи дружелюбно здоровались. Аскольд частенько заходил в гости и каждый наш разговор заканчивался тем, что я не достаточно готовлюсь к испытанию.
— Это безответственно, Амалия, — сердился Грифф.
Я только поджимала губы. Мне не хотелось объяснять Аскольду в сотый раз, что я перепробовала уже всё, но кроме собаки, воды, и детской кроватки во сне ничего мне больше не являлось. Может быть, я на самом деле такая бесстрашная? Последнее, что действительно заставило меня испугаться — это написанное в книге утверждение Эвиаса Шаилиона о том, что меня могут сожрать демоны.
И вот волнительный день настал. Сегодня будет проходить моё первое испытание в ШАМиВ. Я надела своё синее новое платье. Аскольд отпросился с работы и заехал за мной в восемь часов утра — к десяти часам мы должны уже быть в Шеиме, в академии.
Столица Ахисэта — это, пожалуй, самое удивительное, что я видела за всю свою жизнь. Сначала мы переехали широкий мост, под которым текла река, отражая нежно-розовое, местами голубое небо, а потом въехали на улицу, на которой стояли необычные круглые каменные дома. Некоторые из них были такими высокими, что, казалось, достают до небес. Тут и там росли деревья с фиолетовыми листьями, и такого же цвета густой плющ полз по стенам зданий. Частично Шеим стоял на воде, поэтому много где можно было увидеть мостики, которые иногда были такими маленькими, что просто вели от дома к дому. Вдалеке, на возвышенности, стоял королевский дворец со множеством башен. Мы завернули в другую от дворца сторону, проехали по мостику, и я ахнула, когда наша ступа оказалась перед необычайно красивым зданием, парившим в воздухе на подушке из облаков.
«Шеимская Академия Магии и Волшебства», гласила надпись над огромными воротами.
Там, где обычная дорога заканчивалась, и начинались облака — яблоку негде было упасть — везде стояли ступы и толпился народ — все торопились на испытания.
— Сегодня все факультеты испытания проводят что ли? — спросила я у Аскольда, когда мы поднимались по ступенькам из облаков в здание академии.
— Да, — Грифф весь покраснел и запыхался — ступенек было очень много.
На входе в академию нас уже ждали. Пять человек стояли перед огромными дверями в ШАМиВ, в их руках были плакаты с названием факультетов.
— Кто на «Колдовство» поступает? — крикнул один из них, — Подходите ко мне. Испытание начнётся через десять минут.
Я подошла к парню с плакатом «Колдовство» и невольно отметила, что он очень даже симпатичный: ярко-голубые глаза, чёрные волосы до плеч, тонкие губы и крепкое телосложение. Он был одет в чёрные штаны с такой же чёрной водолазкой. На пальцах юноши я насчитала четыре перстня, а на его груди висел амулет в виде паука.
— А это у тебя фамильяр, да? — полюбопытствовала я.
— Да, — обнажил красивые ровные зубы парень, глядя на меня, — Меня зовут Альберт Ветер, — после чего показал мне свои четыре перстня, — Четвёртый курс «Колдовства». Этот год окончу и получу пятый перстень.
— Амалия Эвер, — я просияла. Красавчик. Энергетика у него, прямо скажу, очень сильная, — Я и не знала, что за каждый год обучения дают перстень.
— Тебе ещё много предстоит узнать, — Альберт посмотрел на часы на своей руке, после чего заговорщицки подмигнул: — Удачи на испытании, — и громко крикнул: — Абитуриенты, время десять часов, расходимся по испытательным площадкам. Сопровождающие — прошу вас остаться и ждать снаружи.
Я шла по академии с широко раскрытыми глазами. С высоких потолков свисали причудливые люстры, которые светились магическим фиолетовым цветом. Белые стены украшали невероятной красоты гобелены, на которых были изображены красивые пейзажи и, как я посчитала, какие-то исторические события. Я, и ещё человек тридцать (таких же абитуриентов) зашли за Альбертом на испытательную площадку. Она представляла собой огромный зал с серыми стенами, посередине которого находилась арена, а перед ней, возвышаясь над полом, за широким столом сидели судьи.