Испытание началось — декан произнёс первые имена.
Пространство арены ограждалось силовым полем в виде большого купола — оно еле видно вибрировало. Первая пара соперников — двое юношей — зашли в огороженное пространство, и встали друг напротив друга. Светлый парень вызвал своего фамильяра — большого чёрного ворона, а у второго — брюнета — из амулета выполз жирный паук.
Соперники закидывали друг друга заклинаниями, отбивались, изредка использовали фамильяров. Энергия, которая исходила из их рук, иногда попадала в силовое поле, и оно начинало вибрировать сильнее — поглощая магию и защищая от неё зрителей. Борьба была очень напряжённая — паук и ворон кидались друг на друга, создавая какую-то свою, личную магию. На арене то зажигался огонь, то разливалась вода, которая вдруг замерзала, от чего пол становился скользким и соперники падали.
Бой закончился внезапно — брюнет применил заклинание, которое связало фамильяра противника — ворона — в невидимые нити. Блондин кинулся выручать птицу, но через мгновение лежал на полу, со связанными конечностями.
— Марк Лурок, — раздался голос Эвиаса, — Поздравляю, ты поступил на факультет «Колдовство».
На арену пригласили следующую пару. Победил длинноволосый, худой и бледный парень с фамильяром вороной. Парня звали Наим Каннот. Я посмотрела на него с уважением и опаской — кажется, на арене он вызвал какого-то небольшого тёмного духа. Сильный соперник, да.
В следующем поединке победил угрюмый серьёзный юноша, которого звали Алим Громов — он практически сразу снёс своего соперника сильным энергетическим ураганом — тот даже фамильяра не успел вызвать. У самого Алима на плече сидел сокол.
Осталась я и девушка, которую я запомнила ещё с первого испытания — Даниэла Брифт. Брюнетка окинула меня высокомерным взглядом, когда Эвиас произнёс наши имена. Я нахмурилась — вот жучка!
Когда Даниэла начала проходить на арену, раздался громкий хлопок, потом вспышка, и мою соперницу откинуло на несколько метров.
— Нарушительница! — услышала я возмущенный крик одного из судей, — Попытка пронести запрещённый правилами предмет! Дисквалификация!
Я оторвала взгляд от корчащейся от боли Даниэлы, которая лежала на полу, и посмотрела на судейский стол, на Эвиаса. Декан стоял, а в его глазах сверкали молнии. Даниэлу вывели из зала, выглядела она неважно.
— Как проводить испытания дальше? — спросил господин Лаир, — Пригласите помощника!
— Нам не нужен помощник, — спокойно сказал декан, спускаясь на арену, — Я сражусь с Амалией.
Меня будто холодной водой обкатили — Что? Я и великий экзорцист Эвиас Шаилион?
— Иди на арену, — негромко приказал декан, проходя мимо меня.
И я послушно подчинилась, идя на арену на ватных ногах.
Мы встали друг напротив друга. Я сделала глубокий вдох и призвала Огаву. Мой соперник улыбнулся краем глаза, и из его амулета, окутанный туманом, вышел фамильяр
Не может быть…
Глава 15
Туман рассеялся и передо мной появился огромный белый волк. В его шерсть были вплетены крупные разноцветные бусины. Глаза волка были жёлтыми, а энергетика, которая шла от него… в общем, я, честно говоря, потерялась. Огава же стояла, и смотрела на соперника острым и сосредоточенным взглядом. Её уверенность вернула меня в реальность.
Но ещё больше привели меня в себя слова Эвиаса:
— Мерк, нападай!
И тут же вокруг белого волка начал подниматься вихрь из маленьких тёмных частиц. Мерк подался вперёд, и все они, очень быстро, полетели в нашу с Огавой сторону.
— Огава, используй заклинание космической защиты! — проорала я, рисуя рукой магические символы, для объединений наших энергий, и искренне волнуясь за безопасность своего фамильяра.
Черная волчица подняла морду вверх, набирая с лёгкие больше воздуха, а когда резко опустила — прозрачная энергия брызнула в сторону вихря, они смешались, и всё исчезло.
Эвиас улыбнулся уголком рта.
Секунды тянулись, как вечность, и я, опасаясь нового нападения, быстро произнесла, рисуя замысловатые символы:
— Касание Неведомого и Ведомого, да будет нанесён удар Великого Стражника!
Из нарисованной мной печати вырвалась тёмная тень, похожая на большую бесформенную кляксу, и стремительно ринулась к Эвиасу.
Декан не произнёс ни слова. На его лице не дрогнула ни одна мышца. Он лишь поднял руку, щёлкнул пальцами, и тёмная тень развернулась. Теперь её мишенью была я.