— А если ты будешь на нижнем уровне Хель? — резонно заметил Торин.
— Я узнаю об этом, Валькирия, — заверил Эхо.
Я понимала, что конфликт между этими двумя неизбежен, и мне придётся выставить обоих из моего дома. Даже если папа и смирился с моей новой жизнью, я всё же не хочу, чтобы он становился свидетелем сверхъестественных тестостероновых разборок. Поскольку я всё ещё сидела на коленях у Торина, я постаралась, как могла, успокоить его: переплела наши пальцы, погладила заднюю часть его шеи.
— Хорошо, тогда мы прикроем в школе, — сказал Торин. — Кора, если увидишь любую незнакомую душу, сразу ищи Рейн, Блейна или Ингрид. Да, я введу их в курс дела, — добавил он в ответ на хмурый взгляд Эхо. — Нас с Эндрисом нет в школе большую часть дня. В этом семестре у нас только один урок, и то для показухи. Ты носишь с собой в школу артавус, Кора?
— Да, мне уже приходилось припугивать несколько проблемных душ.
— В следующий раз припугни сильнее, — сказал Торин. — Души Бессмертных не такие, как у смертных. Они ловко проникнут в твоё тело и не покинут его, пока не захотят. А к тому времени будет уже слишком поздно для тебя.
— Я вмешаюсь раньше, — ледяным голосом произнёс Эхо.
— Твоя коса не поможет тебе, как с другими душами, Эхо, — возразил Торин. — Как только злая душа вселится в Кору, ты уже ничего не сможешь сделать, кроме как разрубить её пополам.
— По-твоему, это смешно? — разозлился Эхо.
Атмосфера снова накалялась. На этот раз я взяла руку Торина и завела её под свою футболку. Вот так просто мне удалось его отвлечь.
— Нет, не смешно, — спокойно ответил он. — Кора — одна из нас, и мы сделаем всё, чтобы защитить её, но будь реалистом.
Эхо выругался, я же пихнула локтем Торина.
— Можно было обойтись и без жутких метафор.
— Мы имеем дело с тёмными душами, Рейн. Тут без жутких метафор никак.
— Если злая душа вселится в Кору, я позабочусь об этом, — пообещала им. — У меня есть кое-что посильнее косы и артавуса. Ты уже видел, на что способен посох.
Моё предложение не обрадовало Торина, но привлекло внимание Эхо и Кора. Эхо ухмыльнулся по непонятной мне причине и насмешливо взглянул на Торина. У него такое извращённое чувство юмора, что я уже даже и не пытаюсь его понять.
— Что ещё за посох? — спросила Кора.
— Кинжал, который мне дали Норны, на самом деле не так прост.
— Серьёзно? И что он может? Покажешь? — заинтересовалась Кора.
Я пожала плечами.
— Да, конечно. — Я прочитала вопрос в глазах Торина и добавила: — Он наверху.
Я встала и направилась к лестнице, чтобы подняться на второй этаж. Оникс смотрела в окно, когда я вошла в свою комнату. Я думала, что Кора идёт за мной, но затем услышала, как она переговаривается с парнями внизу.
— Ты нашла Эрика?
«Нет, но я продолжу искать. Возможно, он использует тёмную магию, чтобы скрыть своё местонахождение».
— Тёмную магию? Он бы не стал. Наверно, он просто не в нашем мире. Не думала об этом, Мисс-Стакан-Всегда-Наполовину-Пуст? — Я выдвинула ящик из-под кровати, но кинжала там не оказалось. — Где он?
«А что?»
— Хочу показать его своей подруге.
«Блондинке? Она мне не нравится».
— И что? Мои друзья не обязаны тебе нравиться. Так где ты спрятала кинжал?
Оникс села, её уши подрагивали.
«Как ты можешь с ней дружить? Она вся покрыта тёмными рунами. А где тёмные руны, там и тёмная магия. Что ещё хуже, она встречается с Гримниром. Гримниры выступят против богов, они наши враги».
Я посчитала от десяти до одного, молясь, чтобы Кора не увидела, как я душу кошку.
— Во-первых, Комок Шерсти, я ещё не решила, на чьей я стороне, так что мне плевать, кто чей враг. Во-вторых, независимо от рун на её коже, у неё доброе сердце. Она не хотела этих рун, но учится жить с ними и использовать во благо, так что отвали. В-третьих, я сама решаю, с кем мне дружить.
«Тогда я не хочу её видеть. Не хочу, чтобы она знала обо мне. Если она притронется ко мне, я выцарапаю ей глаза».
Оникс спрыгнула на пол, но я поймала её и вернула на подоконник.
— Куда собралась? Мне нужен кинжал.
«Верхняя полка шкафа. Всё? Я могу идти?»
— Нет. Как ты туда забралась? — Я нашла кинжал и прокрутила в руках. Кошка так и не ответила, но продолжала сидеть на подоконнике. — Ты что, обиделась?
«Я не обиделась. Я пойду?»
Я вздохнула.
— Это твоё дело — идти или оставаться, — сказала я. — Если пообещаешь хорошо себя вести, я познакомлю… — я услышала, как Кора поднимается, — тебя с Корой и Эхо. Они хорошие, вот увидишь.