Родители направлялись к крытой части стадиона. Эндриса нигде не было видно — наверно, он снова отвечает за питание игроков. Некоторые родители бросали косые взгляды в нашу сторону. Мои щёки вспыхнули. Должно быть, они думают, что я просто люблю привлекать к себе внимание. Торин уже второй раз за сегодня бросает детей и бежит ко мне.
— Я хочу домой, — шепнула Торину, когда он подошёл к нам.
Он посмотрел на Ингрид, она всё поняла без слов и оставила нас наедине. Торин присел, разглядывая моё лицо.
— Ты уверена?
Я кивнула.
— Я не могу есть и вести себя как ни в чём не бывало рядом с ними, когда знаю, что с ними будет. И нет, ты со мной не пойдёшь, иначе мне придётся остаться.
Он ухмыльнулся, выпрямился и протянул мне руку.
— Как скажешь.
Что-то мне подсказывало, что он так просто не сдастся.
— Я серьёзно, Торин. Со мной всё будет хорошо.
— Знаю. — Он оглянулся на Ингрид, ждавшую в стороне. Она улыбнулась нам, пожала плечами и вновь принялась разглядывать свои ногти. — Она скажет мне, если что-то пойдёт не так. Хочешь пойти в клуб и открыть портал в туалете? Или прямо здесь? Я могу вас прикрыть.
Я оглянулась через его плечо. Наши игроки и их родители уже уходили. Вторая команда, понурив головы и пождав хвосты, покидала стадион. Проигрывать — отстой.
— Прикрой нас.
Я достала свой артавус из ботинка и создала портал в воздухе. Он вёл в мою комнату, но она не пустовала.
Эрик безмятежно спал, развалившись на моей кровати и свесив одну ног на пол. Мы с Торином переглянулись.
— Ты ждала его? — спросил Торин.
— Да. Я попросила Оникс найти его. Потом объясню. — Он продолжал прожигать взглядом Эрика и уже открыл было рот, чтобы возразить. — Команда ждёт тебя. О, и ещё: ты видел ту женщину, которая врезалась в меня перед тем, как у меня началось видение?
— Да.
— Выясни, пожалуйста, кто она такая.
16. ЭРИК
Мы с Ингрид стояли у подножия кровати и разглядывали Эрика. Я никак не могла прийти в себя от шока, увидев, как сильно он изменился. Его непослушные волосы отросли и выглядели скорее волнистыми, чем кучерявыми. В нём не осталось ничего от парня, которого я знала. Вместо него появился загадочный мужчина с множеством тайн и телом… просто вау. Он либо на стероидах, либо пьёт какой-то волшебный сок, но он стал выше и мускулистее. Я уже и не знаю, как вести себя с этим Эриком. Он же всё ещё чувствовал себя в моей комнате как у себя дома.
— Чёрт, а он горяч, — сказала Ингрид.
Я ухмыльнулась. Раньше Эрик был подтянутым пловцом, немного бледноватым. Теперь же он загорелый и подкачанный. Его футболка задралась во сне, открыв нам обзор на внушительные кубики пресса.
— Ага. Он стал ещё симпатичнее.
В прошлую нашу встречу он был весь в чёрном. Сегодня на нём джинсы Levis, футболка и чёрный расстёгнутый плащ.
Когда он впервые вернулся из Асгарда, у него в руке было что-то типа булавы или дубинки с шипастым шаром на цепи. Пока Эрик не использовал это оружие, цепь просто была накручена на руку и пряталась под рукавом. Не помню, левая это рука была или правая. Теперь же булава была вытатуирована на его правой руке. Рукоять уходила между большим и указательным пальцами, как будто он реально держал её.
— Так ты собираешься его будить или как? — спросила Ингрид, обходя кровать с одной стороны, чтобы рассмотреть Эрика под другим ракурсом.
— Зачем? Хочешь познакомиться? — подразнила я.
— А почему бы и нет? В прошлую нашу встречу я не знала, что он бог. Честно, ни разу ещё не встречала богов вживую. — Она наклонила голову вбок и окинула его взглядом под новым углом. — Он изменился. Очень.
— Ага.
И всё же кое-что осталось прежним. Он, как и раньше, спал, раскинувшись во всю ширину кровати и прикрыв глаза рукой. Во мне боролись желание разбудить его и чувство неловкости.
— Так и будешь просто стоять там? — поинтересовалась Ингрид.
Не успела я ответить, как в комнату вошла Оникс. Ну, не совсем вошла. Она застыла на пороге и зашипела.
— Что такое, Оникс?
«Убери это из нашей комнаты».
Это? У меня сейчас нет настроения на её очередные закидоны. Я потрясла Эрика за колено. Он пробормотал что-то невнятное и повернул голову к Ингрид, убирая руку с лица. Его тело состояло сплошь из мышц. Челюсть стала более отточенной. Ему должно быть сейчас восемнадцать, но выглядел он ближе к тридцати. Я снова пихнула его колено, уже жёстче.