— Не говори так о нём! Я была уверена, что он реален. Он даже любит песни Тейлор Свифт!
Оникс ухмыльнулась. Возможно, это был оскал, но звук был больше похож на усмешку.
«А это кто?» — полюбопытствовала она, когда я снова сменила облик.
— Его брат, Сэмми.
«Он ещё горячее».
Я прожгла кошку взглядом.
— Возьми свои слова обратно или пошла вон с моих коленей. В этом доме самый горячий парень — это Дин и точка. Если у тебя другое мнение…
«Торин — самый горячий парень, дауфи», — парировала она.
— Умно.
«Спасибо».
— Ты права. Торин горячее всех их вместе взятых. Только не надо называть меня «дауфи», я не тупая. — Я подняла её со своих колен. — Сходи проверь, вернулась ли мама.
Она не спешила возвращаться. Только спустя полчаса мама постучалась в дверь. Она посмотрела на меня с улыбкой. Я приняла её облик, и мы весело переглянулись.
— Через неделю ты уже сможешь сделать это без малейшего труда, — сказала она, протягивая мне руку, и не отпустила, когда я встала. — Мне передали, что Фрейя хочет с тобой поговорить.
Я убрала ладонь.
— Знаю, но не могу. Не сейчас. И так слишком много всего навалилось. — Я чувствовала на себе её пристальный взгляд. — Может, на следующей неделе.
— Хорошо, я передам. Так что происходит?
Я немного отстранилась от неё, но затем снова повернулась лицом.
— Если я скажу тебе кое-что, обещаешь не передавать ей?
Зелёные глаза мамы потемнели.
— Конечно, милая. Пускай она моя защитница, но ты моя дочь. Ты всегда на первом месте.
— Обещаешь?
Она выдвинула стул из-под компьютерного стола и села, кивком указав мне на кровать. Её лицо было совершенно серьёзно.
— Если так тебе станет легче. Даю слово, что всё, что ты мне сейчас скажешь, останется между нами.
Я села. Совесть немного царапала меня за то, что я усомнилась в маминой верности семье.
— Я знаю, что ты когда-то готовилась стать Норной, но в итоге решила уйти от них. Мне интересно, как ты это сделала.
— Ох, милая. У тебя совершенно иная ситуация. Я сначала была Валькирией, и меня наряду с группой других девчонок выбрали, чтобы мы стали Норнами. Ты же особенная. Тебе предстоит предсказать точную дату и время начала Рагнарёка и объявить об этом…
— Это я знаю, мам. — Я подняла руки. — Мне нужно узнать, что ты сделала, чтобы они отстали от тебя. Видишь ли, Норны приходили ко мне сегодня в школе и сказали…
К тому времени, когда я договорила, она гневно расхаживала по комнате, обзывая их всякими нехорошими словами. Я встала и поймала её за руки.
— Всё нормально, мам. Я больше не боюсь их. Даже их истинный облик не пугает меня. Устрашает, да. Но я не боюсь. У меня есть ты и Торин. И ещё много Бессмертных, которые…
— Готовы умереть, чтобы защитить тебя, — закончила мама и обняла меня. Она гладила меня по волосам. Я чувствовала, что она с трудом сдерживает слёзы. А если она заплачет, то и я заплачу. — Порой ты у меня такая смелая, что я даже забываю, что ты всё ещё ребёнок. — Она отстранилась, и, к моему удивлению, в её глазах не было ни намёка на слёзы. Она вытерла влагу с моих щёк. — Я обратилась к совету Валькирий, и Фрейя отстояла моё право выйти замуж за твоего папу. Тебе этот способ, возможно, не подойдёт, потому что ты не Валькирия, но мы будем бороться за тебя, чтобы ты могла сама выбирать свою судьбу, а не становилась марионеткой Норн.
Её глаза сверкали решимостью.
Я кивнула.
— Но что, если они причинят боль тем, кому я стараюсь помочь?
— Это всё пустые угрозы, которыми они пытаются тебя запугать, — возразила мама. — Самая обычная манипуляция.
— Это правда, что любое их действие меняет судьбы людей? Улыбка, кивок, прикосновение к плечу?
— Чуть несусветная. Они что, думают, мы с тобой вообще не общаемся? Не припомню, чтобы мне такое рассказывали в Норнсгарде. Помни, ты не одна из них. А значит, их законы не имеют к тебе никакого отношения. А ещё ты не Валькирия, поэтому наши законы на тебя тоже не распространяются. Ты Бессмертная и должна следовать земным законам.
Кажется, мама на что-то намекает, а я не догоняю.
— Ты уже говорила об этом с Торином? — спросила она.
— Да. Он сказал не слушать их. Тоже считает это просто манипуляцией.
— Вот именно.
Она посмотрела в окно, словно искала там кого-то.
Я проследила за её взглядом. Весной солнце садилось не раньше восьми, так что ещё было достаточно светло. Листья на деревьях в нашем дворике мягко покачивались на вечернем ветерке, напомнив мне о лесе.
— Бо придёт сегодня на занятие?