— Хочешь, проверю, как он? — предложил Торин. Я закивала.
— Сама не могу, боюсь сглазить.
Торин хмыкнул.
— Самая могущественная девушка на земле боится сглаза? Ой, забыл. Ты же ещё и ведьма.
Как только мы отошли от остальных, он открыл портал в палату Бо. Парень всё ещё лежал в коме, родители сидели у его кровати.
— Время ещё есть, — попытался ободрить меня Торин.
Я покачала головой.
— Пойдём.
Пока другие открывали портал в спортзал — отдельную постройку от основного здания школы, — мы с Торином направились в столовую. Там всё было в атрибутике песни «Весь этот джаз»: на стенах нарисован городской пейзаж, вдоль них на полу вырезанные фигуры джазового музыканта, девушек-флэпперов и автомобилей двадцатых годов, напольные лампы покрыты чёрной паутинкой, сверху свисает чёрно-серебряный тюль с золотыми, красными и серебряными звёздами. Играла джазовая музыка.
Мы, будучи невидимыми, смотрели, как разные парочки прогуливаются по залу походкой в стиле двадцатых. Даже учителя соблюдали дресс-код. Я заметила Сондру и Кикер. Платье Сондры сшила ей её мама, но выглядело как наряд от профессионального стилиста.
«Жнецы» — музыкальная группа Гримниров — уже установила свои инструменты в столовой. По словам Коры, Эхо когда-то тоже выступал с ними, пока его не исключили. Эхо умеет доводить окружающих.
Блейн же, напротив, всегда душка. А с учётом изменённых воспоминаний он теперь стал квотербеком, с которым «Троянцы» пришли к победе на чемпионате штата. Убедить студенческий совет и учителей изменить место проведения выпускного было проще пареной репы. Заманить музыкальную группу — другое дело. Я даже не знала, что он общается со «Жнецами», но он не перестаёт меня удивлять. Они пришли сюда не только для того, чтобы развлечься. Они должны сделать так, чтобы школьники не покидали столовую. Музыка вполне может иметь такой эффект на людей.
Школьники всё прибывали и прибывали. А Бо так и не было видно. Торин отвлекал меня комментарии о том, как тот или иной наряд не соответствует эпохе. Он знал всё о моде двадцатых.
И тут заиграла музыка. «Жнецы» были неплохи. Парочки вышли на танцпол. Я ещё ни разу не была выпускных балах, так что не знала, нормально ли, что здесь так много ребят из младших классов.
— Ты уже слышала про Бо? — спросила девушка справа от меня. Я резко обернулась. Они только пришли и говорили довольно громко, чтобы слышать друг друга во время играющей музыки.
— Да. Я получила сообщение от Эмбер.
У меня внутри всё замерло. Эмбер с Элли были в больнице. Я переглянулась с Торином и навострила уши, но музыка играла слишком громко. Я услышала только «сегодня» и «странно, правда?» А потом к девушкам подошли их спутники и повели танцевать.
Я извлекла артавус и создала портал в палату Бо. Там было пусто, медсёстры снимали постельное бельё. Так делают, только когда пациент умирает.
«Не спеши с выводами», — предупредил Торин.
— У меня плохое предчувствие…
Я запнулась, заметив трёх девушек, вошедших в столовую. Я видела их сквозь маскировку. Норны приняли облик трёх подростков: блондинки, брюнетки и афроамериканки. Как они посмели сюда заявиться?
— Что? — спросил Торин, уловив мою злость, и проследил мой взгляд, направленный на трёх девушек. — Это..?
— Да. Какой бы облик они ни приняли, я всегда их узнаю.
— Понятно. Чем я могу помочь?
Торин всегда готов поддержать меня. Понятно, почему я без ума от него?
— Скажи им, что я собираюсь стать наглядным пособием.
Он нахмурился, в глазах промелькнуло беспокойство.
— Как?
— Я покажу всем, кто собрался в этом зале, кто я такая. А с помощью современных технологий об этом быстро узнает весь мир.
Торин сощурил глаза.
— Ты уверена, что это хорошая идея?
— Нет, но они не оставляют мне выбора.
Он кивнул.
— Хорошо, любимая. Я помогу тебе.
Он пошёл к Норнам, я же направилась в противоположную сторону, к музыкальной группе. Гримнир-солист заметил меня и вскинул бровь.
— Можно мне на минуточку микрофон, пожалуйста? — попросила я.
Он накрыл микрофон ладонью и сказал:
— Ты сейчас невидима, Рейн.
Я моргнула.
— Откуда ты меня знаешь?
— Из «Склепа».
— А. Дай микрофон, пожалуйста, — твёрдо произнесла я. Он пожал плечами и протянул микрофон. Я жестом попросила остальных Гримниров остановиться. — Минуточку внимания!
Школьники с любопытством переглядывались. Кто-то был недоволен тем, что музыка прекратилась. Не сразу, но начали замечать, что микрофон парит в воздухе.