Я смотрела ему вслед, как вдруг передо мной оказался Эндрис с кепкой академии «Гэлэкси» в руке.
— Если ты одна из нас, ты должна надеть её, — сказал он.
— Что-то не вижу, чтобы ты носил такую.
— И испортить мою идеальную причёску? — Он указал на идеально взлохмаченные кудри, после чего натянул кепку на мою голову и поправил. — Вот так. Теперь эти пумы знают, что ты его. Давай присядем, пока не расплавились на этой жаре.
Погода была идеальной.
— А можно сесть подальше от мамочек?
Он усмехнулся.
— Услышала, как они обсуждают Торина, да? Я тоже подслушал, только невидимкой. Бесстыжие потаскушки.
— Мне плевать, что они думают.
Я взяла его под локоть. Мы направились к трибунам, как вдруг по моему позвоночнику скользнули ледяные пальцы. Я вздрогнула и застыла. Ощущение возникло настолько внезапно, что это точно не связано со смертными.
— Что-то случилось?
— Мы не одни, — произнесла я, окидывая взглядом стадион, но не могла определить, где скрывается неизвестный.
— Лорд Уортингтон? — уточнил Эндрис.
— Не знаю.
Ощущение усилилось, и я его узнала. Норны. Никогда не забуду ухмылки на их лицах в ту ночь, когда мы победили отца Торина с его приспешниками. Мне бы хотелось сделать вид, что Норны — просто жалкие неудачницы, но по опыту нашего прошлого общения я знала, что они вернутся. Кем из мамочек они притворяются? Неужто та троица, обсуждавшая Торина?
— Я передумала. Идём к мамочкам.
Эндрис не стал возражать. Возможно, меня выдало лицо или напряжение во всём теле, но он переключился в режим защитника: напрягся всем телом, обхватил рукой мои плечи, внимательно смотрел по сторонам. Он был готов действовать.
Мы сели через несколько рядов от тех женщин, чтобы поговорить, не боясь быть услышанными. Блондинка обернулась и широко улыбнулась. Эндрис подмигнул ей, за что был вознаграждён отличным видом на глубокое декольте и вызывающей улыбкой.
Это явно не Норна. Её подружки тоже вне подозрений. Я снова задрожала, и Эндрис накинул свой тренч на мои плечи, обнимая меня поверх. Я прижалась к нему, хотя ничто не могло спасти меня от этого пронизывающего холода. Температура воздуха тут ни причём. Это всё из-за чёртовой ментальной связи с Норнами.
Но всё же вслух пробормотала:
— Спасибо.
Он надел солнцезащитные очки и невзначай обвёл взглядом стадион.
— Если он здесь, предлагаю вывести его с территории стадиона и тихонько замочить. Торину ничего не скажем.
Я заставила себя сосредоточиться на Эндрисе. Даже посмеяться в ответ на его слова.
— Отличный план, но есть одно «но»: мы с Торином договорились никогда ничего не скрывать друг от друга. Если мы прикончим его папашу, я должна буду рассказать об этом.
— Я таких обещаний не давал, — ответил Эндрис. — Пускай он взбесится на меня, но как только успокоится, ещё спасибо скажет. Граф заслуживает смерти.
— У меня была мысль поменять его судьбу.
После того, как предложу ему выбор, разумеется.
— Это слишком милосердно. Лучше превратись в Торина и прикончи его. Это будет здорово. Он умрёт с мыслью, что его родной сын настолько ненавидит его, что лично отправил на Берег Мертвецов.
Граф заслуживал куда худшего, чем вечные пытки на острове проклятых в Хели.
— Прости, но это то же самое, Эндрис. Неважно, чей облик я приму, это всё равно буду я. А я не могу сделать это и не сказать Торину.
Эндрис недовольно застонал.
— Ну ладно. Тогда превратись в Торина, скажи Графу, что не хочешь иметь с ним ничего общего, но он должен извиниться и выплатить компенсацию семьям всех ведьм и Провидиц, которых он убил на прошлой неделе. А затем пусть исчезнет и навсегда оставит сына в покое.
Я задумалась.
— Неплохой вариант. А чтобы гарантировать, что он выплатит компенсацию, он должен присылать какие-то доказательства. Чеки с транзакциями или… Стоп. А разве ведьмам не подчистили память после битвы? Они ведь даже не помнят, как погибли их близкие. Извинения не будут иметь смысла.
Эндрис пожал плечами.
— Хватит и анонимного пожертвования с выражением соболезнований. Кстати, идея с доказательствами мне нравится. Так он убедится в том, что его отец искренне сожалеет о том, что совершил, без необходимости личных встреч. А как только Граф расплатится по счетам, я его прикончу.
Порой он чересчур кровожаден.
— Если убьёшь Бессмертного — навсегда застрянешь в Хель, — предупредила я его.
— Не, я думаю, богиня будет мне благодарна. Она получит ещё одно чудовище в своё распоряжение, что будет сражаться на её стороне, когда наступит Рагнарёк. — Руны вспыхнули на его коже. — Сейчас вернусь.