— Что вы, это для меня честь. — В его глазах вспыхнули искорки. — Может, я могу вам чем-то помочь?
И что же он захочет взамен? Ах, я теперь к каждому богу стала подозрительно относиться.
— Спасибо, но нет. — Он улыбнулся и снова поклонился. Я моментально передумала. У него очень добрые глаза. — Хотя, если вы можете рассказать мне что-нибудь о идуннских Валькириях вроде Лавании…
Он кивнул.
— Мы вместе уже много веков, так что я посвящён в её дела.
— Ей дают список тех, кого обратить в Бессмертных, или она сама выбирает?
На его лице отразилась задумчивость.
— Сначала ей дали список, чтобы она проявила себя. Как я понял, если бы ей не удалось это сделать, то её бы сочли неготовой к этой роли.
Своим вмешательством я могу перечеркнуть шансы Торина.
Лавания вошла в комнату с подносом, на котором стояли блестящие чашки и тарелки. Она нахмурилась, увидев меня. Попросив мужа оставить нас одних, она закрыла дверь и села рядом со мной.
— Что-то случилось? — спросила она.
Я вкратце рассказала ей о видении и своих опасениях.
— Ох, вот как всё сложилось, — пробормотала она, и моё сердце сжалось. — Работа Норн и идуннских Валькирий, бывает, приводит к конфликту интересов. Он может предложить бессмертие только тем, кто уже при смерти.
— Ты когда-нибудь терпела неудачу?
— О, да. Не все мечтают о бессмертии. Хотя в самом начале моей практики Совет дал мне список тех, кто, по их мнению, вероятнее всего согласится. — Она внимательно посмотрела на меня, сведя брови. — Это проверка, Рейн. Торин либо пройдёт её, либо провалит. Если он не справится, это запишут в его дело, и новую попытку ему дадут лишь через несколько веков.
Потрясающе!
— И кто же составляет этот список?
— Совет Валькирий. Полагаю, в этот раз тебе лучше позволить событиям идти своим чередом.
Лавания коснулась моей руки. Я кивнула. Она ушла.
Должен быть другой выход. Каждый раз, закрывая глаза, я вижу, как самолёт разбивается и девочка выползает из-под отца. Я снова на грани слёз.
Как я могу это допустить? Все эти люди умрут, если я ничего не предприму. И всё же я не могу лишить Торина такого шанса.
Раздевшись, я вошла в душевую кабину и, наверное, целую вечность стояла под струями горячей воды и рыдала. Какой смысл быть Провидицей и не помогать людям? Дверь в ванную открылась. Я оглянулась через плечо и округлила глаза. Торин? Я прикрыла грудь, всё ещё стоя к нему спиной. Он ещё никогда не видел меня голой!
— Что ты делаешь? — спросила я тоненьким голосом, сама себя не узнавая.
— Присоединяюсь к тебе, — сказал он.
Моё сердце затрепетало. Я была обнажена, а он вошёл в шортах и футболке. Но в этот момент я ощутила дежавю, в голове замелькали образы, не имевшие никакого смысла. Мы ни разу прежде не принимали душ вместе. Тем более не занимались любовью в душе. Но образы в моей голове говорили обратное. Это моя фантазия так разыгралась? Или, может, у меня видение? Я встряхнула головой.
— Это «нет»? — уточнил Торин и одним движением снял с себя футболку. Он одарил меня такой улыбкой, что я сразу поняла: если откажу, он будет настойчиво меня переубеждать.
Я сглотнула и покачала головой.
— То есть я могу к тебе присоединиться?
Я кивнула.
— Скажи это вслух, Веснушка.
Типичный Торин, как всегда невозможный. Когда его пальцы скользнули к поясу шорт, мои глаза распахнулись. Он усмехнулся. И тут я поняла, что он не собирается останавливаться. Я отвернулась к стене, моё сердце колотилось от страха и волнения.
Что он там делает? Я хотела проверить, но решалась. Судя по звукам, он открыл и закрыл душевую дверь. Затем его руки обхватили меня и притянули ближе к нему, и я почувствовала каждый дюйм его обнажённого тела. Полностью. Он прижимался к моей спине. О боги.
— Не могу смотреть, как ты плачешь, — сказал он.
Я должна что-то на это ответить? Мой разум был занят теперь тем, что фиксировал каждое движение Торина и пытался взять под контроль сбившееся дыхание. В остальном мозг отказывался работать. Я вслушивалась в дыхание Торина, смотрела на его руки на моей талии. Моя горящая румянцем кожа чувствовала все его упругие мышцы. Не думаю, что я могла что-то сказать или пошевелиться в этот момент. Да что уж там, я и стояла всё ещё только потому, что он держал меня.
— Видение было настолько страшным?
Он правда хочет поговорить об этом сейчас? Как насчёт того, что мы вместе принимаем душ?
Я кивнула.
Его губы коснулись моего плеча, пальцы отодвинули волосы от шеи.