С этими словами закрылась дверь. Эдгар мешком сполз вдоль трубы.
Будущий убийца быстро шел вдоль подвального помещения, где держал пленника. Ему было страшно, как никогда раньше. Как жаль, что Эдгар не отравился и не угорел. Не пришлось бы к нему даже приближаться. Раньше он никому не причинял вреда, если не считать мелких пакостей на работе. Но это же не в счет? Но теперь у него нет другого выхода. Парень должен умереть как можно скорее.
Глава 8.2.
Морба осторожно подошла к высокой кованой ограде и на секунду замерла, вглядываясь в темноту в глубине кладбища. Замершие силуэты деревьев смотрелись особенно таинственно в бледных отблесках лунного света, еле-еле сочившегося сквозь рыхлую пелену облаков, нависших над городом, могильные кресты утонули в облаках плотного тумана, ровным слоем покрывшего землю, где-то в отдалении истерично заливался яростным лаем пожилой охрипший пес. «Только ворон не хватает» - подумала Морба. Словно в ответ на её слова со шпиля близкой часовни сорвалась стая птиц, потревоженных колокольным звоном. Стало по-настоящему жутко и захотелось домой. Чтобы не поддаться трусливым мыслям, девушка взялась рукой за створку ворот и решительно потянула на себя. Раздался длинный протяжный скрип. Морба вздрогнула от неожиданности едва сдержав испуганный вскрик. Она оглянулась через плечо. Нарядная полоска фонарей привычно змеилась над дорогой. Припаркованная на другой стороне дороги темная машина ободряюще моргнула фарами. Всё в порядке.
Аварития наотрез отказалась составить племяннице компанию, объяснив это тем, что в одиночестве желание Морбы как можно скорее найти нужное место и вещь будет наиболее сильным, а значит и энергии придут правильные. Может и так.
Девушка шагнула на территорию погоста и ещё раз оглянулась по сторонам, убеждаясь в отсутствии случайных свидетелей. Выбрав ровное местечко на перекрестке ближайших тропинок, она достала из кармана нож и ловко набросала на земле нужный знак. После чего, уселась в центр рисунка, скрестив ноги по-турецки. Слова, которые следовало произнести, словно сами всплыли в мозгу, прогоняя страх и лишние мысли. Морба просила помощи в исполнении задуманного, доверяла высшим силам вести и наставлять её на каждом этапе пути, так чтобы это как можно скорее привело к нужному результату. Беллума настаивала, чтобы они как можно чаще тренировались в таких вот универсальных заклинаниях, подходящих в качестве подготовки практически для любого ритуала.
- Красавица, у тебя всё в порядке? – хриплый, похожий на давешний лай голос, выдернул Морбы из блаженной медитации на последних словах заклинания. Девушка раздраженно сморщилась и сильнее зажмурила глаза, - Ты чего расселась-то? – прозвучало практически над ухом. Морба открыла глаза и сердито воззрилась на подошедшего.
Над ней неровной горой возвышался заросший, грязный доходяга: из-под распахнутой фуфайки торчала заношенная до дыр тельняшка, на ногах у субъекта красовались грязные кеды, а выше, к удивлению девушки, располагались настоящие джинсы, испачканные какой-то краской и кое-где рваные, но всё же. Запах от внимательного товарища исходил соответствующий. Морба с удовольствием отскочила бы подальше, но сделать это сидя было невозможно. Пришлось вставать некрасиво переваливаясь и кряхтя. Мрак! Этот бомж ещё и помогать ей пытался, подхватывая под острый локоть черной пятерней.
- Да, всё у меня нормально! – злобно зашипела Морба, вырывая руку, - Что вы ко мне пристали?
Бомж справедливо заметил, что нормальные люди не сидят по ночам на кладбище и не бормочут себе под нос песни.
- Это не песни, - буркнула Морба, отряхиваясь. Она затирала ногой рисунок на земле, чтобы не осталось следов, - Это я демонов вызывала.
- Ахха, - то ли засмеялся, то ли кашлянул бомж, - Ну и как? Получилось?
Пришлось признаться, что пока на магический призыв никто не откликнулся.
- Так может я на что сгожусь? – хитро прищурился мужичок. Оказалось, что он вовсе не высок, а наоборот довольно субтильного сложения, да ещё и сутулится постоянно, - Что делать-то надо? – он улыбнулся, в темноте блеснули неожиданно белые зубы. Странно, Морба думала, что у таких людей во рту всё черным-черно.