Парень дошел до окна, глядя куда-то сквозь стену, подпрыгнул, заглядывая в узкое окошко над потолком. А затем вновь обратил внимание на сидящего в углу пленника:
- После того, как твои родственнички разбились на машине, у моего папаши натурально поехала крыша. Они ведь вместе в той машине были. Отец за рулем, - он выглянул за дверь, прислушиваясь к звукам снаружи, а затем снова вернулся к исследованию стен, - Он решил, что должен искупить свою вину перед невинными детьми, оставленными по его вине!
Отец разыскал меня и даже какое-то время жил с матерью. И всё искал тебя, чтобы тоже забрать к нам, или хотя бы на расстоянии общаться, если ты не захочешь ехать. Ты, видимо, как раз пустился в странствия. А потом отец начал пить. Он спился очень быстро, как будто нарочно убивая себя ежедневными попойками, работать не пытался, под конец тащил из дома всё, что попадалось под руку. Мама говорила, что это ему божье наказание за то, что нас с ней бросил.
- Нет никакого бога, - бросил атеист Эдгар, - Это давно известно.
- Ошибаешься! – замер похититель, - Мы каждый день молились, чтобы отец к нам вернулся, и он вернулся! Мы только забыли уточнить, что хотим жить счастливо, и чтобы все были здоровы. И никто нам не мешал.
- А потом этот козел умер, - голос парня стал похож на кальку, бесцветный и пустой, - И оказалось, что свою квартиру и участок, которые не успел продать и пустить на ветер он завещал тебе! А нам только гараж! Он написал, что нам и так есть где жать, а тебе надо помочь, раз по нашей вине ты скитаешься неизвестно где.
- Офигеть, - выдохнул ошарашенный Эдгар, которому по-прежнему казалось, что говорят о ком-то другом, не о нём.
- И теперь, - торжественно распрямился похититель, - ты будешь сидеть здесь пока не умрешь. Это моя семья и всё моё! Я не позволю тебе жить счастливо и пользоваться тем, что нажил мой отец. Ты никто!
Он снова оглянулся на дверь. Теперь и Эдгар услышал какие-то приглушенные звуки, доносящиеся из глубины дома. Что-то раздраженно бормоча себе под нос, похититель вышел, не забыв запереть за собой дверь. Зазвенела гнетущая тишина.
К удивлению Эдгара, через несколько минут в замке снова завозился ключ. На пороге показались встрепанные фигуры Марка и Джозаса. Мужчины молча вошли в помещение, деловито огляделись по сторонам и только после этого направились к прикованному к трубе юноше.
Джозас высунулся за дверь, и через мгновение вернулся с крохотным ключиком в руках. Эдгар раньше не видел этого высокого плечистого мужчину в темном легком пальто, которое солидно завершало каждый поворот хозяйского тела. В отличие от Марка, Джозас обладал пышной шевелюрой, аккуратно подстриженной и причесанной. Создавалось впечатление, что путь до места заточения Эдгара мужчина проделал в герметичной упаковке: идеальная укладка волосок к волоску, глянцевые блестящие ботинки, свежайшая белоснежная сорочка, готовая захрустеть от прикосновения. Облаченный в любимые джинсы и кожаную куртку Марк казался Эдгару самым родным человеком на планете.
- Ну, что? – низким шепотом прогудел Джозас. Он отдал ключи Марку и терпеливо дожидался, пока тот снимал с Эдгара наручники и наспех ощупывал подростка, чтобы убедиться, что нет серьезных повреждений.
Эдгар пытался помогать, но руки и ноги отказывались повиноваться, затекшие от долгого пребывания без движения.
- Сейчас, - одними губами ответил Марк, он пытался поставить Эдгара на ноги, но тот заваливался на бок словно тряпичная кукла.
Понаблюдав минутку за их мучениями, наманикюренный Джозас уверенно подхватил подростка под второе плечо.
- Пошли? – спросил он.
Дверная створка медленно поползла в сторону, роняя на пол оранжевый прямоугольник света.
Глава 8.5.
Джозас беззвучно отступил в тень, скрываясь за дверным полотном. Ни одна песчинка не скрипнула! Барабанящий за окном дождь, который мужчина ругал ещё несколько минут назад, стал неоценимым союзником, спрятав за своим шумом ненужные звуки. Эдгар и Марк замерли посреди подвала в скрюченных позах желтыми восковыми фигурами.
- Вы что это тут делаете! – возмущенно воскликнул похититель и вскинул ружье, которое до этого держал в опущенной руке. Ремень повис широкой песочной петлей.
- Да вот, - светским тоном доложил Марк, выпрямляясь, - Пришел родственника проведать. К врачу бы ему надо.