Мотс вышел на середину тренировочной площадки. Он шел не спешно, стараясь оттянуть этот момент. Все его планы провалились. Иера оказалась слишком слабой для повышения. Ненависть Линца ни капельки не ослабла. А Хокка должен был просто получить урок, а не карту. Мотс оглядел присутствующих. Подметил, что все бойцы смотрят на него и жестом подозвал к себе.
– Иера. – Начал Мотс. – Ты сильная и умелая. И оценивать тебя железом мало. Но поединок ты проиграла, а значит до меди ты еще не доросла. Запомни этот день, ни как поражение, а как ценный урок. Подготовься лучше. И приходи. Тебе не хватило ни силы, и не навыков, а уверенности. Иера стояла с опущенной головой и молча слушала.
– Линц, Хокка. Вы оба сражались честно, и старательно. Как и должны были. Спасибо, что помогли в оценочном повышении.
Эти двое тоже стояли молча. Даже Линц, решил не издеваться. Вид поникшей женщины напомнил ему, как он себя чувствовал в той же ситуации.
– Тяните карты. Хокка, ты первый.
Иера повернулась к своим бывшим противникам. Между ними тремя стройными рядами появился десяток карт.
– Зеркальный нож. – Тут же выбрал Хокка. И ушел получив карту.
– Ускорение ветра. – Сделал свой выбор Линц.
Был уже поздний вечер. Отряд Свии в полном составе сидел в гильдийном трактире.
– А потом Хокка как прыгнул. Да так высоко, прямо на дерево, одним прыжком. И такой, зеркальный нож. А она такая, тоже как прыгнула, еще выше. Над ним, и парила будто бабочка… – Восторженно описывал прошедший бой, Луки.
– А как он так высоко? – Не менее восторженно спросил Кнод у Луки. Они оба игнорировали присутствие Хокки, тихонько поедающего жареный сыр.
– Ну, он это, оттолкнулся от Брёвы и прыгнул.
– И так высоко?
– Да.
– Метра три поди было?
– Да больше. Все четыре.
– Да как он так высоко то?
– Хокка, скажи им, как ты так высоко то? – Украв последний кусочек сыра с тарелки, ехидно, спросила Свия. Она то знала ответ.
– Эх. – Взглянул Хокка на пустую тарелку. – Зачарованные ботинки.
– Вот. На зачарованных ботинках он прыгнул. – Повторил Луки.
– Пойду еще за сыром. – Отодвинув стул сказал Хокка.
– Тогда и мне вина захвати. – Попросила Свия, откинувшись на стуле. – Все равно же по пути.
– Хокка. – Кнод вытряхнул из кружки последние капли пива. Показывая, что она совершенно пуста.
Луки мило улыбнулся и смотрел Хокке прямо в глаза, стараясь походить на щенка.
– Два пива, вино и сыр. – Посчитал Хокка.
– И себе чего нибудь возьми. – Предложил Кнод.
Хокка закатил глаза и пошел к трактирщику. На самом деле ему нравилось иметь друзей. Приятно сидеть в компании по интересам.
– Фиод. Это снова я. – Помахал Хокка рукой трактирщику, протирающему кружку.
– Третий раз уже подходишь. Пора поднимать цены. – Пошутил трактирщик.
– Можно три пива, вино и твой, лучший во всем мире, жареный сыр?
– А ты умеешь заказывать. – Расплылся в улыбке Фиод. – Сейчас сделаю.
Хокка отвернулся от стойки и глянул в зал. Людей было много. Кто отдыхал, кто планировал поход в лабиринт, кто-то делил добычу, отряд в центре громко обсуждал карточную тему. Взгляд Хокки зацепился за знакомый силуэт. Иера, сидела в углу, рядом стояла подруга, она уже уходила. А когда ушла, женщина положила руки на стол и голову на руки.
– Фиод. – Снова подозвал Хокка. – мы же с тобой друзья?
– Настолько, насколько возможна дружба между трактирщиком и клиентом.
– Отлично. Можешь поставить той особе кубок вина и жареного сыра? И передай "от Хокки в самое сердечко".
– Это не той ли особе, которой ты, это самое сердечко, проткнул стрелой, когда уже победил? – Уточнил Фиод. – Да, я смотрел.
– Именно.
– Не боишься, что твой презент полетит в тебя?
– Фиод. – Хокка подвинул к трактирщику аккуратную стопку монет. – Я твой чудесный сыр с пола съем, если это случится.
– Это обещание мой друг.
Но этого не случилось…
***
Хокка сидел на крыше гильдии и читал, удобно расположившись спиной на ее склоне. Рядом стоял Брёва. Он закрывал хозяина от солнца. Важное дело, и подошёл он к нему со всей серьезность. Для древня было сложно удержаться на наклонной крыше. Корни обвивали конек и флюгер с одной стороны и водосток с другой. Создавая максимально возможную устойчивость. Зато солнца было хоть отбавляй. Что очень нравилось Брёве. Каждый листик был направлен на получение питательных лучей. Хокка читал медленно, вдумчиво. Иногда по второму разу перечитывая страницу. Но, и о позитивном подкреплении не забывал. Льдянка после каждого листа. Это помогало и от излишнего жара и поддерживало боевой настрой.