Уже через два часа разморенный Антес, облокотившись о спинку потрепанного дивана, ловил навязчивые поцелуи одной из симпатичных официанток. Он раздраженно скинул с ее головы нелепую шапочку, в которых ходил весь персонал сие заведения и продолжил нежиться в ее объятиях.
— Ты стал таким расслабленным, сговорчивым, — девушка провела рукой по шее, ниже по груди Антеса, медленно спускаясь вниз к поясной сумке. Голубые глаза невинно смотрели из-под полуопущенных ресниц. — Тебе правда понравился коктейль, что я сделала?
— Так ты там что-то намешала, — понял тот, растягивая губы в улыбке. — Это все твое травничество, а не волшебная бутылка все-таки, — он покрутил в руке пустой бокал. — Как жаль, а я думал, что уже влюблен.
Официантка вновь прильнула к губам Антеса, незаметно прошаривая рукой в сумке. Он улыбнулся в ее поцелуй, а пальцами уже крепко сжимал запястье воровки.
— Только на меня не действуют твои травы, дурочка. На! — Антес кинул ей в лицо несколько энзов. — Настроение только испортила.
Девушка кивнула, засунула купюры в бюстгальтер и, отыскав свою шапочку, мгновенно ретировалась обхаживать других посетителей. Чуть позже она принесла ему извинительный напиток, но его он уже не тронул. Угостил какого–то бедняка, просящего подаяния.
— Я видел у тебя сигару, — протянул благородный рыцарь в сторону какого-то пьянчуги.— Соврешь — вылетишь отсюда, — от удара кулаком затрясся стол.
Солнце уже садилось за горизонт, окрашивая небо в розовые цвета. Таверну окружили пышные деревья, цветы и скошенная трава, чей аромат то и дело бросался в нос. На улице, затянувшись самокруткой, Антес натирал косточки левой руки. Во рту был вкус сена и скорее обычной зелени, нежели даже дешевого табака.
— Чуть перчатки не порвал за такую дрянь, — Манс ржаще отвернулся. — Да помню, что не любишь пьяных. Ну а что тебе делать? — Антес прижался щекой к коню. — Вот так и бывает. Ты бежишь от таких, как я, а в итоге я — твоя судьба. Так что смирись. Придется дружить.
— Это тоже по-твоему шутка? — девушка, выходящая из-за угла, вытянула руку вперед, демонстрируя подруге кольцо с огромным камнем на безымянном пальце. — Я тебе что врать буду? Влюбился! Бегает как миленький. А! У меня еще осталось, — она покрутила в руках какой-то мешочек с травами.
— Нос же воротил столько лет, а тут прям бегает?
— Не веришь — не верь! А я тебе говорю сходить к этой волшебнице.
— К ведьме, дура, к ведьме! Если все так, как ты говоришь, — запричитала та. — то к ведьме.
Протрезвевший Антес, недолго думая, влез в разговор девушек.
— Прекрасные дамы, позвольте узнать о ком вы говорите и далеко ли это чудо чудесное живет?
— Тебе что ли приворожить кого ль надо?
— А вы думаете мне это требуется, дорогая?
— А ты разговоры чужие не подслушивай! — встряла другая.
— Кочевница она. Я за ней гонялась аж полгода! — охнула счастливая невеста. — Где появляется — там о ней все говорить начинают, а потом пропадает. И так по кругу. Только вот кто говорил с ней — лицо ее забывает.
— И ты забыла?
— Увы. Вот помню только как жаловалась ей, а потом она наставления дала, что делать дальше, — девушка задумалась, вспоминая свой поход к ведьме. — Шептала на травы что-то еще. И все.
— Вы мне скажите, где она обитает. Вдруг успею до ее очередного переезда.
Воодушевленная новоиспеченная невеста объяснила, где находится ведьма, стараясь в точности передать весь маршрут.
— Возможно мы нашли нашу беглянку, Манс. Не думал, что она все-таки решит удрать от нас. Вроде, не такие плохие попутчики из нас с тобой. Может, ты ее обидел?
Антес взобрался на коня и отправился к соседней деревушке. По описанию незнакомки, на пути должен был попасться невзрачный домик, где обычно местные проводили дни рождения, свадьбы или же просто отдыхали с дороги. Как раз там, у хозяйки заведения, и остановилась ведьма.
Сначала Антес шел по широкой дороге, проложенной рядом с лесом, затем поднимался вверх по холму. На самой вершине можно было даже разглядеть следующую деревушку, но Антес уже узнал свою цель.
Двухэтажная деревянная постройка выглядела небогато. Рядом со входом стояла самодельная скамейка, выкрашенная в белый цвет, просвечивающий прежнюю голубую краску, над ней по решетке, словно козырьком, вырос вьюнок с маленькими розовыми цветочками, чьи бутоны уже закрылись к ночи. Окна были арочными и большинство из них завешено плотными занавесками.
Выдавали уровень заведения шумные посетители, не стесняющиеся громких бранных слов, запах мха, сушеной травы и алкоголя, видимо не раз разлитого где-то на пол.
На входе стояла румянощекая полная женщина с тонкими, поднятыми бесконечно вверх, бровями. Она часто поправляла свое простое бежевое платье из льна, которое постоянно задиралось.