Дмитрий тщательно осмотрел накренившиеся стены и приценился:
— А что внутри? Мы можем войти?
Миролюб нисколько не удивился вопросу.
— Конечно. Пусть тебя не пугает внешний вид храма: то, что не сжег огонь, стоит крепко.
Они шагнули вовнутрь. Место посередине громадного зала занимала глубокая ниша — свидетельство того, что прежде на этом месте находился некий массивный предмет.
Дмитрий указал на это обстоятельство Миролюбу.
— Здесь стояло медное изваяние Велеса. Ему и посвящен этот храм, — подтвердил догадки Дмитрия проводник. — А это, — он указал на остовы четырех изваяний из мрамора, стоящих по разным сторонам, — Отец-свет-небо, Мать-сыра-земля, а вот двух других Богов идентифицировать нам так и не удалось, слишком мало осталось от их изначального вида.
Дмитрий без особого энтузиазма осмотрел мраморные статуи, над двумя из которых немало потрудились вандалы, и, больше чтобы порадовать Миролюба, добавил:
— Кажется, на Мать у варваров не поднялась рука.
Он окинул взглядом стройную фигуру высокой женщины с распущенными по плечам волосами и непроизвольно вздрогнул: древние скульпторы потрудились на славу. Казалось, еще секунда и статуя шевельнется, шагнет навстречу потомкам.
Слова гостя, а больше — его восхищенный взгляд, польстили Миролюбу.
— И в этом есть свой тайный смысл, — улыбнулся он.
Дмитрий вяло кивнул и продолжил осмотр. Стены храма, не обожженные пламенем, сохранили изображения людей, птиц и животных. Эти украшения были выполнены столь искусно, что казалось, будто они живут и дышат, даже их краски не утеряли сочности и не стерлись со временем.
На стенах, рядом с изображениями, четко выделялись резные символы.
— Что это за знаки? — поинтересовался Дмитрий.
— Черты и резы, обозначающие имена изображенных символов, — ответил Миролюб. — К сожалению, письменность наших предков также утеряна и стоит немалого труда разобрать значение описаний. Но мы плотно работаем над этим.
Ответ язычника позабавил Дмитрия.
— Ты говоришь обо всем так, словно много понимаешь в древностях. Или это твое хобби?
Миролюб недовольно нахмурился.
— Между прочим, я аспирант института археологии РАН, а исторический факультет МГУ окончил с красным дипломом.
— Неплохо… — протянул Селиванов. — И что в таком случае подвигло тебя жить здесь?
Лицо язычника осветила блаженная улыбка.
— Я оканчивал институт как раз для того, чтобы посвятить себя изучению истории славян, в том числе их верований. К тому же, тебе следует узнать, что наша община создана группой археологов, обнаруживших этот храм. Сейчас подрастает третье поколение местного населения. Мой отец, Ярослав, был жрецом Велеса, одним из основателей общины и руководителем той самой группы археологов.
— Ничего не понимаю, — удивился Дмитрий, — что в этом месте такого особенного, если целая экспедиция осталась жить на месте раскопок?
— Ты неправильно смотришь, раз не видишь, — заметил Миролюб. — Но, возможно, и тебе когда-нибудь откроется вся правда.
Дмитрий еще раз окинул взором помещение, но лишь удостоверился в том, что местные не совсем адекватны. Он же не заметил ничего, что могло бы заставить его побывать в этом месте еще раз.
— Думаю, с меня достаточно древностей, — произнес Дмитрий. — Пойдем лучше домой, твоя мама обещала накормить меня до отвала.
— Еще бы, — довольно заметил Миролюб. — Завтра ведь духов день, один из самых больших праздников! Сегодня от всех печей будет идти такой умопомрачительный аромат, что можно захлебнуться слюной.
— Какой-какой праздник? — переспросил Селиванов.
— Именины Матери-земли! — гордо отозвался Миролюб. — В этот день почва отдыхает и ее нельзя беспокоить, поэтому у всех выходной. Завтра будут хороводы, угощенье и, конечно же, обрядовые действа, посвященные Матушке-земле.
— Понятно, — мрачно заметил Дмитрий.
Про себя он решил, что завтрашний день ему придется провести в избе, чтобы случайно не нарваться на празднующих.
Глава 8
Пусть каждый старается думать
и говорить разумно, но откажется от попыток убедить других в непогрешимости своих вкусов: это слишком трудная затея.
Жан де Лабрюйер
Вечер Селиванов провел в тщетных попытках прорваться в интернет или хотя бы поймать сотовый сигнал. Мир вокруг безмолвствовал.