Кот, проскользнувший в дом вместе со мной, тёрся о мои ноги, мешая идти.
- А ну брысь! Вот ведь наглый какой!
- Это соседский кот?
- Да нет, это бабкин кот. Его вместе с ней в квартиру забрали, привязаться даже успели, хотя он кроме хозяйки никого не признавал. А когда она умерла, он сбежал и сюда вернулся. Но раньше ни к кому не приставал, наоборот, убегал, когда его подозвать пытались. Понравились Вы ему, видно.
Кот, будто понимая, что речь идёт о нём, запрыгнул на старый трельяж, стоявший в большой спальне, и начал умываться, явно красуясь. В прежние, сытые, времена, он был чудо как красив. На груди у него обнаружилось маленькое белое пятнышко, похожее на галстук-бабочку. В остальном же он был абсолютно чёрным, включая усы. Усы эти были невиданной мною прежде длины и густоты. Хвост развевался плюмажем, а глаза светились чистой изумрудной зеленью.
- Участок-то смотреть будешь?
Кто это сказал? Марина? Но мы с ней на «Вы», и она как раз отошла в маленькую комнатку, чтобы вкрутить пробки в автомат (хозяева выкрутили на случай, если в дом цыгане заберутся). Но не мог же со мной говорить кот?
Кот смотрел пристально и осмысленно. Рот он не открывал, но я снова явственно услышала голос:
- Что, баюна никогда не встречала? А ещё ведунья, называется. Свалилась на мою голову… Ну ладно, пойдём участок смотреть, а то при этой, – он выразительно скосился в сторону Марины, – лучше не светиться.
Как привязанная, я пошла следом за котом, промямлив агенту что-то насчёт осмотра участка. Она за мной не рвалась. И понятно, почему: кроме той тропинки, по которой мы пришли, прохода по участку не было. Можно было только обойти дом по старой бетонной отмостке, да и к той уже вплотную подобрались заросли. Схватившись за одну из веток, чтобы отвести её от себя, я ойкнула: на этот раз – малина. Боль доказывала, что всё это мне не снится. Но ощущение нереальности происходящего не отпускало.
- Ну, давай знакомиться, что ли? Я баюн, твой помощник. Раз уж ты никого из наших не встречала, объясняю: на мне сбор информации и мудрые советы. А ты откуда на мою голову такая, необученная совсем?
- Я с Дальнего Востока приехала, год назад. Только я ничего не понимаю. Я никакая не ведунья, просто дом пришла смотреть. А ведунья – это кто вообще? Вроде ведьмы?
- Скажешь тоже – ведьмы! Стали бы баюны каким-то ведьмам служить! Ну разве что совсем негодящий кто… Ведунья – она правду видит, и потому за порядком следит. Нечисть её вокруг пальца обвести не может – так кто же ещё присмотрит, чтобы леший детей да грибников до смерти по лесу не кружил, чтоб русалки парней не топили? Ну и ведьмы те же без присмотра совсем от рук отбиться могут. А ещё споры между самой нечистью судить надо. Иначе такие начнутся драки - беды не миновать. Как наша Марья Петровна померла, я всё ждал, когда же к дому новую ведунью притянет. Место здесь особое, никто посторонний жить не смог бы, да ты, наверно, чувствуешь уже. Но не думал, что мне совсем дикая хозяйка достанется.
Мне хотелось сказать, что ничего я не чувствую, но это было не так. Несмотря на запущенность участка и ветхость домика, у меня было чёткое ощущение, что я дома. Я в безопасности. Теперь всё будет хорошо, нет, просто прекрасно!
- Да ведунья ты, даже не сомневайся. Мы, баюны, вас за версту чуем. Сама вспомни, было у тебя такое, что видишь краем глаза что-то необычное, а потом присмотришься – обозналась? Или чтобы у тех, кто тебе зла желает, неприятности случались?
Я невольно кивнула. Было, и не раз. Например, когда пьяный сосед пытался меня лапать – еле вырвалась, а на следующий день у него квартиру ограбили. Или в детстве, когда я видела пляшущих в воздухе за окном феечек, а мама засмеялась и сказала, что это бабочки. Да много было случаев, только обычно мелких, незначительных. Но как же теперь? Какие-то обязанности, общение с нечистью… Почему-то не было ощущения, что я схожу с ума. Почему всё кажется таким правильным? Я сама не заметила, что задала этот вопрос вслух, пока кот не ответил:
- Потому что ты на своём месте. И место на тебя уже влияет. Здесь твоя сила полностью раскроется, а иначе так бы и оставалась в мелочах. Прожила бы всю жизнь, как эти, слепые.
Мне было немного неприятно, что он так отзывается о простых людях, но только немного. Прошло всего несколько минут, я ещё ничего толком не видела, но уже чувствовала себя наособицу – не с простыми людьми, но и не с колдунами, не с нечистью и не с богами – а посередине меж них. Одна. Хотя нет, не совсем одна.