шно и тебе всё ещё кажется, что ты сошёл с ума. Но это не так, поверь! – Надеюсь. – Так, взбодрись, и пойдём знакомиться. – С кем это? – Как с кем? С Никой – моей дочерью. Мы сели в автобус, потому что Вега не желала использовать силу лишний раз, боясь слежки. Через пятнадцать минут вышли на моей остановке. Всю дорогу моя спутница пряталась под капюшоном и за огромными солнцезащитными очками. Дом Ники оказался через два квартала от моего. Она жила на пятом этаже в однокомнатной квартире, как сказала мне Вега. Мы позвонили в дверь. За дверью послышались шаркающие шаги. – Кто там? – пробормотал приятный сонный женский голос. – Стражи галактики, – ответила, улыбаясь, Вега. – А, это ты, мам. Дверь отворилась, и я увидел Нику. Это была девушка моего возраста, невысокая, худенькая, с копной шикарных рыжих волос на голове и просто морем веснушек. На носу у девушки висели очки с огромными стёклами. Голубые глаза Ники, впрочем, не такие необычные, как у её матери, округлились, когда она увидела меня. – Кто это, мам? – Это мой друг – Вадим. Вадим, это моя дочь, Ника. Мы вошли в квартиру. – Мам, он что, знает? – Да, Ника, он знает. – Зачем? Мы же говорили об этом? Ты же согласилась, что никто не должен знать. Тебя ведь ищут! – Он хороший, Ника. Скоро ты сама в этом убедишься. А сейчас, давай выпьем чаю? Вега щёлкнула пальцами, и я услышал свист чайника. Ника буркнула что-то, скрестила руки на груди и пошла на кухню. – Ой, забыла, – виновато прошептала Вега вслед дочери, – надеюсь, этого будет мало, чтобы они заметили. Кухня была небольшой, но уютной. Во всей квартире отчётливо чувствовалась увлечённость её хозяйки космосом: на стенах висели различные карты звёздного неба, в ванной на плитке была изображена галактика, на многочисленных полках стояли десятки книг по физике и астрономии, прямо на кухне расположился огромный телескоп-рефлектор. Проходя мимо спальни, через слегка приоткрытую дверь, я успел разглядеть кроме неубранной кровати, множество необычных глобусов, компьютер и кучу каких-то приборов. Вега села на табурет, я же остался стоять в дверях, облокотившись на лутку. – Чего стоите? – не глядя на меня бросила Ника, – Садитесь, в ногах правды нет. Вега вытащила из-под стола ещё один табурет и протянула его мне. Я никак не мог привыкнуть к необычной природе с виду хрупкой девушки, но старый деревянный табурет в её руках, казался не тяжелее листа бумаги! – Итак, – сказала Ника, усевшись на край стола, – что я должна знать? – Всё по-прежнему, Ника. Просто теперь в нашем деле участвует этот замечательный парень. Он поможет тебе. – Он что учёный или инженер? Подожди, или ты что мне не доверяешь? Вега посмотрела прямо в глаза Ники. Она улыбнулась, но как-то грустно. – Доверяю, конечно, доверяю. Но я боюсь, что чувства, могут в самый неподходящий момент подвести тебя. Мы ведь близкие люди. Нам нужен человек посторонний, не испытывающий ко мне сильных чувств. Человек, разум которого останется холоден, когда нужно будет действовать. – Знаешь, мама, ты очень умная, обладаешь огромными знаниями, но иногда ты меня просто убиваешь своей… Ох. Ты рассказала ему про план? Про машины? – Отчасти. Не всё, но самое главное. – Скажите, Вадим, вы точно хотите в это ввязаться? Вы вообще отдаёте себе отчёт в том, что происходит? А если сильно прижмет, не предадите ли нас? – Ну, я многим обязан вашей маме. Она буквально спасла мне жизнь. И зная, что происходит, думаю, я не могу оставаться в стороне. Но на счёт отчёта… Вы правы, для меня всё происходящее, пока, скорее странный сон. – Вот видишь, мам. – Но это не значит, что я не готов участвовать. Умом я осознаю опасность и хочу сказать, что согласен помочь. Пусть я даже потом пожалею об этом. Правда я пока что не понимаю чем смогу вам помочь. У меня в тот момент действительно было стойкое ощущение нереальности происходящего, но я понимал, что если откажусь от предложения участвовать, то буду корить себя всю оставшуюся жизнь. – Ладно, – бросила Ника, – тогда, мам, обсудим план? – Да. Итак, Вадим. Ты знаешь, что я строила машину, которая может доставить в это пространство немного антивещества. Могу сказать, что эта машина не маленькая. – И что за прибор ты сделала и где он? – Это огромный подземный, а точнее подскальный комплекс, – ответила за Вегу дочь, – Маме ведомы и доступны вещи, до которых земная наука только пытается дотронуться. Идея заключается в том, чтобы сделать небольшую чёрную дыру. – А это вообще безопасно? Я немного из научпопа знаю про чёрные дыры. Эта штука не уничтожит планету? – Не волнуйся, – рассмеялась Вега, – эта дырка просуществует только секунду, и то от силы. – Да, это дело одного мгновения. Потом она исчезнет. – А зачем вообще нам чёрная дыра? Кто-нибудь объяснит? – Гравитация, – сказала Ника, – это самая проблемная сила во Вселенной. Она всегда такой была. Люди открыли четыре фундаментальные силы: электромагнитную, силу сильного взаимодействия внутри атома, силу слабого взаимодействия и гравитацию. Две из них, сейчас, по сути, свели к одной – электрослабой силе. Создать условия, при которых третья сила объединится с первыми двумя, люди не способны, так как энергии там колоссальные нужны. А без этого объединения невозможно обуздать четвёртую силу – гравитацию. Если мама тебе рассказывала, то наверняка ты в курсе, что существует, как бы две версии нашей Вселенной. В одной царствует материя, а в другой антиматерия. Ничто не может проникнуть оттуда к нам и обратно. Но всё же эти параллельные реальности взаимодействуют между собой. Это взаимодействие мы ощущаем, как гравитационные аномалии и тонкие квантовые флуктуации. В пример можно привести тёмную материю. Материя и антиматерия способны взаимодействовать друг с другом сквозь время, они влияют друг на друга, при этом мы наблюдаем это взаимодействие, но не видим самой материи. – На самом деле нет никаких четырёх сил. На самом деле есть только одна, единственная. Но она меняет свои свойства при разных состояниях среды, в которой происходит взаимодействие. Гравитация – это та же сила, но воссоздать такие условия, при которых она объединится с остальными, вы люди не способны. Зато способна я и подобные мне. Но для этого мне нужно принять мой естественный облик в этом мире, выйдя из него хотя бы на мгновение. Я помогу коллайдеру, установленному в комплексе. Сделаю то, на что он не способен, и появится чёрная дыра. Но это ещё не всё! Затем нам нужно будет изменить чёрную дыру на белую. – Чего? О господи! Какая ещё белая дыра? Я совсем запутался! – Белые дыры, – пояснила Ника, – это, грубо говоря, противоположность чёрным. Они должны существовать согласно уравнениям, но их нет в нашей Вселенной. – Зато они есть в вашей антивселенной. Чёрная дыра существует одномоментно с белой, если нам удастся создать белую дыру в нашей Вселенной, то чёрная окажется в параллельной. – И таким образом получится нечто вроде насоса, который доставит нам антивещество! – И это антивещество уничтожит мою материальную оболочку. А моя варп-машина, поможет зашвырнуть меня подальше от Земли, чтобы моё тело не аннигилировало здесь и не создало кратер как от огромного астероида. – Ой-ёй… Это слишком сложно для меня. – Это мы ещё очень сильно всё упрощаем! – Так, где находится эта чудо машина? – После забора антивещества, вся машина превратится в подобие гигантской пушки, которая выстрелит мной в космос. Поэтому я решила расположить её в месте, в котором никто не догадается искать, а также которое поможет разогнаться – в жерле спящего вулкана на Камчатке. – Подожди, что значит “выстрелит”? А тебя не размажет по атмосфере? – Неа. Я всё предусмотрела. Я буду в капсуле, внутри вап-пузыря. Но я надеюсь, что этого хватит, чтобы я переместилась на безопасное для вас расстояние. – А взрыв, правда, настолько сильный? – Невообразимо! – ответила Ника, – Мощнее взрыва атомной бомбы. – Он будет мощнее, чем взрыв “Царь бомбы”, в несколько раз. – Просто я боюсь, – сказал я, – что люди могут заметить это. И у них возникнут вопросы. – О! Поверь, они точно увидят! На время на небе будет будто бы два солнца! Но не беспокойся, Ника уже подготовилась, чтобы всё объяснить людям. – И как же? – Мы объясним это явление столкновением двух крупных обломков метеора, пришедшего со стороны солнца. Такие объекты крайне тяжело заметить. – Ладно. Так какой же у нас план? – Вы с Никой, выдвигаетесь на Камчатку. Я остаюсь на время, и путаю след, чтобы “осведомлённые” нам не мешали. – А вдруг у них получится тебя схватить? – Полторы тысячи лет не получаюсь, а тут вдруг раз, и поймают? Не волнуйся, мы давно враждуем, я их выучила. Все их повадки я знаю назубок. Итак, как я и сказала, вы с Никой добираетесь до Камчатки и ждёте меня в условленном месте – это небольшой посёлок. Я прибуду в условленное место и тогда мы двинемся дальше. – Безумие какое-то, – прошептал я, – я дальше областного центра в жизни не бывал. – Безумие, – задумчиво произнесла Ника, – это первое, что пришло мне в голову, когда мама призналась мне кто она. – Оставь это на потом, дорогая. У вас с Вадимом будет очень много времени, чтобы поговорить, оставь же темы для разговоров. – Эй, подожди, а как же моя работа? Я совсем про неё забыл… Подожди! У меня ведь труп в квартире! О, господи! Меня же теперь обвинят! – Не волнуйся, – спокойно сказала Вега, – думаю, что не обвинят. Я сожгла там всё. А от трупа мало что осталось, только мок