альности. Их тела не состоят из вещества, да и само их существование – всего лишь вероятность. Вега рассказывала тебе про “пену”? – Что-то говорила, да. Но, честно говоря, это для меня слишком сложно. – Это сложно для любого человека. “Пена”, как я понимаю, это некая аномалия в их мире. Это место где неопределенность, в которой они существуют, снижается до степени, при которой начинают возникать структурированные системы. Всего этого порождается огромное количество, но это ещё не вселенные. Это как-бы зачатки. Появившись однажды, существа, такие как Вега, вносят порядок и определённость в неопределённость вокруг. Они способны, ну, как бы, доделывать, что ли, зачатки вселенных. Насколько я понимаю в “пене” всё рождается и тут же исчезает, но можно вынуть объект из неё и он начнёт существовать, пока существует его время. Короче это всё сложно и неопределённо. – Да, я заметил. – Скажи, Вега твоя мать. Она может такое, что и представить невозможно. Я видел, как она материализовала хлеб из света… – Ха, она ещё и не такое может! Я видела, как она дезинтегрировала машину с членами братства, а затем поглотила выделившуюся в гамма спектре энергию! Вот это было круто! – Да. Так вот я о чём, ты не получила от неё способностей, каких-нибудь? – А, нет. Ведь моя мать – её земная форма. Да она с ней связана на некоем непостижимом уровне, но тело ведь обычное. Сверхспособностями обладает её другая форма, а она детей иметь не может и свои способности не передаёт. По сути, она триедина, как бы странно это не звучало. – Она говорила, что были на Земле другие, как она. – Да, говорила, но они убыли давно. Хотя она рассказывала, что пару тысячелетий назад жил тут один представитель её народа. Начудил он знатно, а потом эффектно ушёл, оставив много последователей. Мы ещё немного поговорили с Никой, до того, как стюардессы принесли еду, а затем я принялся за рыбу с овощами. Летели мы долго, после обеда Ника попыталась вздремнуть. Я же рассматривал облака, которые ещё никогда не видел так близко. Я не мог заснуть, размышляя о происходящем. Ника то и дело ворочалась, видимо пытаясь устроиться поудобнее. В конце концов, её голова упала мне на плечо и она тихонько засопела. Она спала так мило, что мне не хотелось её будить, даже когда у меня затекла спина, и очень сильно захотелось встать и размяться. Через несколько часов командир самолёта сообщил о посадке. Всё чего я хотел на тот момент – просто встать на ноги и походить. Услышав командира, Ника проснулась. – Ой, прости, – сказала она, заметив, что использовала меня в качестве подушки, – Надо было разбудить меня. – Да брось, – сказал я, улыбнувшись, – мне не было тяжело. Мы вышли в аэропорту Петропавловска-Камчатского. Ника сказала, что нам предстоит долгая поездка на поезде, а затем ещё на автомобиле, поэтому нам было необходимо сходить по магазинам. Мы сняли номер в какой-то гостинице, а затем отправились за покупками. Выйдя из продуктового магазина, я заметил крупного мужчину в синей бейсболке. Мужчина старательно завязывал шнурки и закончил их завязывать лишь тогда, когда мы удалились метров на двадцать. Тут же из подъезда неподалёку вынырнул другой здоровяк в солнцезащитных очках. Он просто встал перед выходом из подъезда и закурил. Я заметил что тот, что в очках косится на нас. Я сообщил о своих наблюдениях Нике. Девушка рассмеялась и буквально потащила меня за рукав в такси, стоявшее у обочины. – Это они? – А ты как думаешь? Конечно. Вот гады, никак не оставят нас в покое! – Что же делать? – Путать следы. Пока мама на этой планете, они будут следить за нами. Хотя не уверена, что они от нас отстанут и когда она уйдёт. – А вы пробовали сообщить властям? – О чём? О том, что мама – богиня из иного мира? Или что её преследует тайная организация? Я в психушку не хочу. Да и у этих ребят такое количество денег и связей, что скорее нас с тобой арестуют, чем их. – Так что будем делать? – Думаю, у гостиницы уже дежурят. Нужно как-то забрать наши вещички. – Но как? – Есть одна идея. В общем, я их отвлеку, а ты заберёшь вещи. Встретимся на железнодорожном вокзале. – Как ты хочешь их отвлечь? Это же опасно, вдруг они тебя поймают. – Пусть попробуют. Мы немного прокатились на такси, а затем Ника вышла около нашей гостиницы. Я вышел на несколько кварталов позже и не торопясь пошёл в сторону гостиницы. На душе было неспокойно. Я никогда не был в подобной ситуации, мне казалось, будто я дикий зверь, на которого начата охота. А ещё я боялся за Нику. Вега попросила присмотреть за ней, а я позволяю ей рисковать жизнью! Подойдя к гостинице, на безопасное расстояние я увидел, что возле входа происходит потасовка. Приблизившись ещё немного, я заметил, что охранник гостиницы пытается схватить одного из парней, наблюдавших за нами. За широкой спиной охранника стояла Ника. Я заметил ещё несколько парней, которые осторожно приближались к гостинице. Они не торопились, но явно были готовы, в случае чего, на самые решительные меры. Я увидел, что один из них что-то прячет под курткой. Я догадался, что мужчина прятал оружие, и мне стало совсем не по себе. Ника увидела меня, подала жест, подмигнув, мол: “Сейчас”, – и тут же вцепилась в волосы парню, которого держал за одежду охранник, и дёрнула со всей силы. От боли бедняга взвыл и тут же получил коленом в пах, от чего скрючился и осел на пол. А Ника бросилась бежать по улице. Все друзья лежавшего на асфальте парня, как по команде, побежали за ней, но по очереди. Я пошёл в наш номер, собрал вещи в чемоданы и потащил их вниз. Охранник рассказал мне, что на мою спутницу напал мужчина, когда она подошла на ресепшен за ключом. Администратор предложил вызвать полицию, я же попросил его не беспокоиться и вызвать мне такси. На вокзале я сдал вещи в камеру хранения и вышел на улицу, встречать Нику. Но никого не было. Прошёл час. За ним ещё два, а Ника так и не появилась. Я не то, что паниковал, я уже сходил с ума от мыслей и ожидания. Я боялся, что мою спутницу поймали. Хуже всего было то, что я абсолютно не мог ничего сделать! Но прошло ещё полчаса, и Ника появилась. Видок у неё был потрёпанный: на колготках стрелки и какие-то щепки, волосы не причёсаны, а примяты, на лице грязь и немаленькая ссадина, которую девушка пыталась скрыть от прохожих. – Что с тобой? – спросил я, когда она поравнялась со мной. – Всё в порядке, – ответила девушка, на ходу слюнявя палец и пытаясь вытереть грязь с лица. Я заметил, что ссадины были и на ногах, и на руках девушки. А ещё я заметил синяки. – Тебя поймали? – Всё потом. Пошли, скорее. Мы вошли в здание вокзала, и пошли к кассам, где взяли билет на пригородный поезд. Затем Ника сходила в туалет, где привела себя в порядок. О произошедшем с ней, она рассказала лишь, когда мы уже сидели в электричке. – Я бежала, виляя по переулкам и дворам. Вначале всё было замечательно. Я уже решила, что они меня потеряли, как вдруг услышала свист, я обернулась на звук и тут же поймала удар чем-то по голове. Я не потеряла сознания, просто упала на пол и больно ушиблась копчиком. Передо мной стоял здоровенный детина и скалился. Дело было на какой-то заброшке, поэтому людей там не было, кроме нас. Через минуту подошли его дружки. Я уже решила, что мне конец. Они потянули ко мне свои лапы, чтобы схватить. И тут на меня нашла ярость! Я укусила одного из них и со всей силы дала ногой в нос другому. Они опешили от такой моей реакции. У меня перед глазами стало всё красным, я не соображала что творю. Видимо я всё делала на адреналине. В общем, я вскочила и помчалась к деревянному забору. Я сама не помню, как на него забралась и как спрыгнула. А за забором были какие-то бытовки, толи сараи. Я прыгнула на крышу одного из них. Но крыша, видимо, была очень ветхой и проломилась, а я снова упала на копчик, сломав какой-то стол, что ли. Я слышала, как за мной гнались, поэтому через боль поднялась и побежала дальше. Я бежала и бежала, иногда пряталась в подъездах. В конце концов, они отстали, и я пошла на вокзал. – Ну, ты Рэмбо, блин! – сказал я. – Есть немного. Ты же помнишь, чья я дочь? – улыбнулась она и выдохнула. Мы ехали уже полчаса и Ника начала засыпать. Она уронила голову мне на плечо, прямо как в самолёте. Мне почему-то захотелось рассмотреть её. Было в ней что-то милое. Ника была необычной девушкой. Её прямолинейность обескураживала и притягивала. Она была готова умереть за свои идеи и друзей, это не могло не восхищать. Она была пылкой. В купе с ярко рыжими волосами, это качество делало её похожей на огонь. Когда мы разговаривали, она так страстно рассказывала о звёздах, о друзьях учёных, о её научных поездках по миру. Она располагала к себе, хотя и не сразу. Мы проехали ещё какое-то время, и вышли на небольшой станции. Было ветрено. Пышные волосы Ники развевались по ветру, будто пламя. – Ну и что теперь? – поинтересовался я. – Нас должны встречать. И действительно, как только поезд уехал, к нам подошёл крупный усатый мужчина. – Здравствуйте Сергей, – поздоровалась Ника, с незнакомцем. – Как долетели? – спросил мужчина. – Неплохо. Правда, потом были приключения, но, к сожалению иначе никак. – Понятно, как там Вега? – Мама осталась. Она прибудет позже. – Понятно. Ну, пойдёмте, машина ждёт. Путь не близкий. Около леса на дороге стоял джип. Мы погрузили в него своё барахло и отправились в поездку. По дороге мы заехали в посёлок. Там нас накормили и позволили передохнуть. В путь мы должны были отправиться на следующий