жешь, кроме взрывания лампочек? – Я могу всё, что позволено в этой вселенной. Могу превратиться в любой предмет. Могу управлять материей, изменять её на своё усмотрение. Точнее я преобразую энергию в материю и обратно, правда при этом могут быть потери и значительные потери, но это уже тонкости. Короче, раньше бы вы приняли меня за божество. – Круто. Ты так просто говоришь об этом, хотя тебе бы скрываться от людей. – Так я всем подряд и не говорю. Лишь пять человек узнали мою тайну, за всю мою историю обитания на Земле. Да и им бы я не рассказала, если бы ни это тело, Бланка была ещё той болтушкой, иногда просто распирает поговорить. – А ты не можешь переделать себя, чтобы не хотелось? – спросил я улыбнувшись. – Легко, но… Не хочу. Я же сказала, что мне нравятся чувства и эмоции. Для нашего народа это не свойственно. Наверное, потому что у нас никогда не было врагов. А вы появились в мире, где вас могли съесть хищники или убить враги. Вам нужно было размножаться и выживать, а без чувств с этим не справиться. Эмоции и чувства позволяют управлять обществом, развиваться и двигаться вперёд. Вы родились маленькими кусочками эктоплазмы, а теперь вы смогли дотронуться до сути бытия. Это невероятно! Если бы ты знал насколько это ненормально! Мы и представить не могли, что материя сможет думать. Ну, типа, это же материя, она же стремится к энергетическому минимуму! – Послушай, так если это всё правда, то значит, что ты знаешь всё в этом мире, как устроены звёзды, как точно появились чёрные дыры? – Ну, за пять миллиардов лет я смогла изучить ваш мир достаточно. И поверь, вы и одного процента не знаете о нём. Все ваши знания неточны до ужаса. Я знаю обо всех ваших открытиях и теориях и порой они настолько смешны, что кажутся мне комедийными произведениями. – Так ты ведь можешь нам помочь! Ты можешь дать нам точные, абсолютные знания! Я уверен, что учёные готовы были бы подраться за возможность поговорить с тобой хотя бы минутку! Вот с кем тебе надо общаться, а не со мной. Вега улыбнулась, но улыбка её была грустной. Она протянула руку и схватила мою. – Пойдём к реке? – Куда захочешь, – ответил я. Мы отправились к речке. Найдя уединённое место под большой раскидистой ивой, мы уселись на большое бревно, валявшееся у воды. Вега подняла руку ладонью вверх. Вдруг её глаза вспыхнули голубоватым светом. Мне показалось, что от глаз свет побежал по её телу через вены, а затем оказался в ладони. Вспышка света, и на ладошке девушки появился кусочек хлеба. Она оторвала крошку и бросила её в воду. Тут же вода забурлила от обилия мальков, напавших на предложенную еду. У меня челюсть отвисла от удивления. Если это фокус, то невероятно эффектный! – Понимаешь, Вадим, – вдруг сказала она, – я боюсь. – Ты боишься, – не спросил, а шёпотом констатировал я, всё ещё поражённый эффектным появлением хлебного мякиша. – Да. У вашего вида до сих пор не выродилась страсть к убийству. В том числе к убийству себе подобных. Для меня совершенно непонятно, как можно ненавидеть разумных существ. Кроме того, у вас много, скажем так, особенностей связанных с вашим кодом. Физический носитель этого кода, слишком подвержен влиянию извне. Вирусы, радиация и многое другое могут менять его, создавая болезни, в том числе и психические. Зачастую вы делаете ужасные вещи, просто потому, что не способны сопротивляться. Эти мутации позволили вам стать умнее, благодаря естественному отбору. Слабые умирали, сильные выживали. А кто такие сильные? Самые жестокие, самые алчные, самые беспощадные. Для меня самой немыслимой загадкой является то, что вы почему-то ещё не вымерли! – Что есть, то есть. Я сам иногда об этом задумываюсь. Мы должны были уже очень давно перебить друг друга точно скорпионы в банке. – Возможно причина тому численность – вы плодитесь быстрее, чем умираете. Хотя не всё так просто, Вадим. На самом деле все вы уже умерли и не один раз. – Что? – я даже поперхнулся слюной, – Как это умерли? – Есть много вероятностей твоей жизни. Ветвей реальности. В одних ты умер, не родившись, в других же ты доживёшь до ста двадцати лет. Они все существуют, все и сразу. Более того, всё уже произошло. Ещё когда мы, – она снова запнулась, – в общем неважно. – Постой-постой! Ты хочешь сказать, что можно узнать, что будет в будущем, что оно предрешено? – И да, и нет. Когда мы, я имею в виду свой народ, находимся, скажем так, дома. Мы можем, не знаю как это описать в понятиях этой вселенной… Ну, увидеть время в виде статического объекта, что ли. Ну, не совсем так, на самом деле, просто чтобы тебе объяснить… Мы можем наблюдать за вашим пространством-временем, изучать его на всех этапах. Но если мы захотим его посетить, то нам придётся стать его частью до конца существования вселенной. Для нас это произойдёт мгновенно, но в этой вселенной пройдут миллиарды лет. То есть я не могу посмотреть на ваше будущее, я лишь могу войти в вашу реальность в любой точке её существования, а затем я буду жить с вами до смерти вашей вселенной. – Скажи, – мысль родилась в моей голове внезапно, она просто распирала меня изнутри, – ты сказала, что вы встречали жизнь где-то, кроме нашей планеты? – Конечно! – рассмеялась Вега, – Вы такие наивные! Во вселенной огромное количество звёзд. Ты не то, что увидеть, ты даже представить не можешь сколько! И вы, микробы на теле своей галактики, думаете, что одни такие крутые! Ха! Мы знаем десятки обитаемых планет только в этой галактике! Говорят, что в других их ещё больше! На тот момент, когда мы узнали, что вообще на планетах возможна жизнь, как минимум на двух из них разумные существа уничтожили сами себя. Мы даже не успели с ними проконтактировать. Когда я прибыла в эту галактику, разумная жизнь в ней осталась только здесь – на Земле. И она была на грани. Именно поэтому меня послали разобраться в том, что же происходит с цивилизациями. Почему они исчезают? И я пошла. Прибыв и пожив с вами, я всё поняла и решила, что сделаю всё, чтобы вы не уничтожили себя, в этой временной ветке. Я не раз спасала ваш мир за… полторы тысячи лет, которые я здесь. Но не всегда я успеваю, к тому же мне нужно скрываться. – Почему? – Вашим людям рано знать всё. Они ещё не готовы ни морально, ни физически. Мы замолчали. Вега продолжала швырять малькам крошки, а я бессмысленно смотрел на искажённое отражение облаков в речной воде. – А можно спросить? – Можно, если ты не учёный, – она улыбнулась и подмигнула мне своим неестественно-голубым глазом. – Если ты скопировала ту девушку, то почему ты не умерла? – Может лучше тебе ничего не рассказывать, а? Что-то ты слишком умный и внимательный! Ладно. Я обновляю тело, когда оно стареет. Если я этого не буду делать, то да, оно погибнет. По правде это происходит автоматически, это особенности моего бытия. – А что будет, если ты умрёшь? – Ну, я снова стану собой, такой, какой я была всё время после прихода в этот мир. И я снова смогу создать себе тело. Поэтому, можно сказать, что я бессмертная. – Слушай, зачем ты мне это всё рассказываешь. Ведь я простой человек? – Того что сказала тебе, я никому не рассказывала. Но они, честно говоря, и не спрашивали. Пожалуй, хватит с тебя информации сегодня. Ваш мозг такой крошечный, он не способен вмещать много, особенно сразу. Давай ты отдохнешь, и завтра мы с тобой встретимся на этом месте. Я расскажу тебе ещё много интересного. Хорошо? – Да, блин! Я теперь и заснуть-то не смогу. – Сможешь-сможешь, – она улыбнулась, – а я тебе приснюсь. Она встала, швырнула остатки хлеба в воду и пристально посмотрела на меня. – До встречи, Вадим. Береги себя… Да и ещё. Ни с кем не разговаривай обо мне, хорошо? Ты понял? Ни с кем! Она почти выкрикнула последнюю фразу, при этом её лицо поменялось. Мне стало не по себе, казалось, сейчас голубые лазеры выстрелят из её глаз и продырявят меня насквозь. – Конечно! Не беспокойся, – поспешил уверить я. Она будто сняла маску и снова стала приятной и милой. Вега помахала мне рукой и побежала карабкаться по склону наверх. Когда она скрылась из виду, я перевёл взгляд на воду. Всё казалось нереальным. Хотелось поделиться этим с кем-нибудь, чтобы убедиться, что у меня не поехала крыша. Я пробыл у реки ещё около часа, а затем отправился домой. Окна моей квартиры выходили на реку. Я вышел на балкон и посмотрел на мост, его тоже было хорошо видно. Сбоку у моста, я заметил большое чёрное пятно. “Значит, действительно было”, – подумал я, – “Вон как посадка выгорела”. У меня болела голова из-за алкоголя и ударов гопников, поэтому я прилёг на кровать. Я незаметно для себя заснул, а проснулся уже около девяти вечера. Голова была будто набита ватой. Я налил себе большую кружку кофе с молоком и включил телевизор. Вдруг раздался звонок в дверь. От неожиданности я чуть не разлил кофе на себя. Я никого не ждал. Разве что друзья могли прийти. Я максимально бесшумно приблизился к входной двери и посмотрел в глазок. За дверью стоял высокий мужчина. Незнакомец был одет по-деловому: пиджак, брюки, галстук. Он смотрел прямо на меня, казалось, он видит меня сквозь дверь! – Вадим, – вдруг произнёс незнакомец, – я знаю, что вы дома. Не надо прятаться, Вадим. Я просто хочу поговорить. Это всё равно произойдёт, поверьте. Не оттягивайте неизбежное. – Кто вы? – решился спросить я. – Давайте поговорим внутри? Не люблю общаться через дверь. Я здесь один и безоружен. Поверьте, Вадим, я действую, в том числе в ваших интересах. Немного подумав, я отворил дверь