Конец записи переговоров с самописца истребителя
Станция грохнула красиво. Покруче, чем в фильме. Да, сцуко, ни в каком фильме так не изобразишь. Жаль никто из жителей Коррусканта сего зрелища не увидел. Так... Блеснула какая-то звездочка на небосклоне. Миллионы километров. А вы что хотели? Подводить планетоид диаметром 160 км. на близкую орбиту обитаемой планеты? Ну кто бы такое предложил, то его стоит сразу записывать в маньяки и психопаты. А ну как уничтожат подобный объект на орбите? Жопа всему населению от обломков. А так... Лепота! Мы там еще и баррадия добавили, и еще кое чего, чтоб красивее рванула. Все для услады взора Палпатина.
====== Мат. ======
Итак, я снова в храме Джедаев. Только в этот раз не в зале Совета. А в самом потаенном месте на нижних уровнях здания. Присутствовали все члены Высшего Совета кроме Йоды, присутствовавшего здесь в виде голограммы. Помимо них в этом помещении находился Энакин Скайуокер, в который раз спасая очередную стенку от неминуемого разрушения методом подпирания ее своей могучей спиной. Всякие собрания и заседания начальства были ему неинтересны. Скайуокер давно избавился от тщеславия и юношеского максимализма. Кстати не без помощи вашего благородного слуги и живительных ударов тростью по лбу от зеленого грандмагистра. Теперь несостоявшегося лорда ситхов можно было бы помещать в палату мер и весов под видом “джедай эталонный – одна штука”. Единственным недостатком ученика Оби Вана оставалась непреодолимая страсть к наградам. В этом виде соревнований он мог заткнуть за пояс дорогого Леонида Ильича и закусить на завтрак Суворовым Александром Васильевичем. Но к его чести нужно было признать то, что незаслуженных наград он не любил. И если на его широкой груди висела, к примеру, медаль “За оборону Кашиика”, то не стоило и сомневаться, что в этой обороне он принимал самое деятельное участие, и без его участия эта самая оборона Кашиика провалилась бы с треском. Не щадил живота своего, так сказать, и не отсиживался за спинами клонов. Вон на груди аж три нашивки “За ранение”. За две из них, кстати, надо благодарить меня. А то! Сто кредитов в месяц к денежному довольствию за каждую. Хоть бы проставился раз что-ли. А всякие юбилейные медальки, значки и нашивки типа “Пять лет службы без гауптвахты” или “Двадцать пять тысяч лет Республике” он и за награды не признавал и относился с легким презрением к тем, кто таскал подобные цацки у всех на виду. Тем более, что денег за них не платили ни кредита.