Самое ужасное в том, что я не до конца уверен, что это был просто сон, что на самом деле ничего не случилось.
Я проснулся посреди ночи. На этот раз не из-за крика с болот, а от полной уверенности, что в дом пробралось нечто.
Я лежал в темной спальне, пытаясь успокоить отчаянно бьющееся сердце. Целую вечность лежал на спине и прислушивался. Я слышал, как дождь журчит в канавах и колотит в окна. В комнате пахло чем-то затхлым, и у запаха была странная серная примесь, напоминавшая мне о болотном газе.
Потом снова послышался этот звук. Снаружи в коридоре пощелкивали когти. Дверь в спальню заперта не была, и я знал, что старинный железный засов на этой двери — плохая защита. Мне отчаянно хотелось схватить «ведьмин камень», чтобы он меня уберег, но я не мог пошевелиться, тело не подчинялось разуму. Я мог только лежать неподвижно, слушая, как нечто приближается по коридору — неуклюже, пошатываясь, задевая стену, явно двигаясь низко, почти у самой земли. Оно подходило все ближе и ближе, двигалось украдкой, но с неспешной целеустремленностью, которая меня невыразимо пугала.
Вдруг звук прекратился. Оно подошло к моей двери. В тишине я услышал, как капает вода — кап, кап, кап. Капанье доносилось не из канавы, оно было внутри дома, в коридоре.
Что-то мягко и осторожно коснулось двери, и она заскрипела. Потом я услышал один хриплый резкий выдох.
Что было дальше, я не знаю. Я знаю только, что проснулся гораздо позже обычного, а постель вся пропотела и была сильно измята.
В следующие несколько дней надо обойтись без лауданума. Еще один такой сон я не вынесу. Еще я велел, чтобы на дверях установили надежные замки. Это должно помочь.
24 сентября
То, что случилось прошлой ночью, мне не приснилось. Теперь я это знаю. Нечто выходит из болота по ночам и научилось пробираться в дом.
Сегодня вечером, вскоре после того, как я лег, я услышал внизу шум. На этот раз я не напугался, а разгневался. Это мой дом, хотелось мне закричать, изыди именем Господа!
Держа в одной руке фонарь, а в другой распятие и «ведьмин камень», я вышел в коридор и дошел до лестничной площадки. У лестницы я остановился. На нижней ступеньке что-то было. Я не столько это видел, сколько ощущал: так, как ощущаешь вещи во сне, когда их присутствие чувствуется даже без помощи зрения. Но я действительно это ощущал и знал, что не сплю. Я чувствовал запах масла в фонаре и серную вонь болотного газа. Я чувствовал, как холодный ветерок обдувает мои голые лодыжки. Я увидел, как сумрачное нечто у подножия лестницы поползло в мою сторону. Пара глаз уставилась на меня, потом исчезла. Колени у меня подкосились, свет от фонаря забегал по стенам. К тому времени, как я схватился за перила и взял себя в руки, тварь исчезла.
Больше писать не могу. Приму что-нибудь снотворное и буду молиться, чтобы снов больше не было.
25 сентября
Насколько же по-другому все выглядит с утра, после горячей ванны и отличного завтрака! У меня был очень продуктивный день, я многого достиг. Достаточно проанализировать ситуацию и взять ее под контроль, чтобы настроение улучшилось. Я полностью пришел в себя.
Если коротко, вопрос стоит так: готов ли я терпеть преследования в собственном доме? И ответ — нет, тысячу раз нет. Нет совершенно никакого смысла в том, чтобы терпеть это безобразие. С ним можно и должно покончить как можно скорее. У меня есть и власть, и средства, чтобы производить такие перемены в своих владениях, какие я сочту нужным, и сегодня я предпринял к тому первый шаг. Я никогда не любил болота. Они некрасивы, неприятны и негигиеничны — просто источник сырости и болезни.
С какой стати я должен дрожать в своей спальне просто потому, что какая-нибудь ондатра повадилась по ночам ходить в дом, наверняка в поисках объедков, оставленных небрежной прислугой? Больше эта тварь в моем доме появляться не будет. Я велел Уокеру расставить ловушки в каждой комнате, а теперь он делает то же самое по всему поместью.
Но это только начало. Мне нужно кардинальное решение проблемы, и сегодня я именно им и занялся. Сразу после завтрака я съездил к лорду Кливдону и узнал у него фамилию инженера, который недавно осушил одно из его пастбищ. К счастью, инженер не успел далеко уехать, и сегодня же после обеда я с ним поговорил. Зовут его Дэвис, и он мне очень понравился: практичный, прямолинейный, с тридцатилетним опытом работы в мелиорации. Он уверил меня, что мой план вполне реализуем, и я тут же его нанял. Я доплатил ему за срочность, и завтра он начинает осмотр, чтобы подготовить план осушения болота.