Арон уже сидел за столом, не притрагиваясь к еде до прихода своей гостьи. Припозднилась перед зеркалом, досадно, что заставила ждать, от того и потупила стыдливо глазки в пол, заговорила тихо-тихо:
— Извините, что опоздала. — Стояла, как служанка в ожидании, когда господин разрешит продолжить. Слышала, как двигалась мебель по полу, еле различимые шаги, и уже совсем рядом над ухом:
— Пустяки! — Арон пальцами приподнял за подбородок, вынуждая посмотреть на него, столь неформальный жест смутил Элиану. Вновь заскрипели ножки стула, это лорд свободной рукой ухаживал за гостьей. — Вы ни в коем случае не опоздали. К тому же женщине в вашем положении — простительно.
— Я стараюсь придерживаться деловой этики, не взирая на моё положение в обществе, — получилось гордо, как она и хотела сказать, смотря в глаза, где сверкали искорки.
— Не перестаю поражаться вашей сознательности, тият. Чем больше с вами общаюсь, тем больше восхищаюсь превосходному умению держать себя. Но у каждого случаются промахи, нам остаётся только принять их и сделать соответствующие выводы. — Хозяин подтолкнул к месту, при этом не переставая говорить. Стоило Эли сесть, а Арону придвинуть её чуть ближе к столу, сделал паузу, даже после остался за спинкой, от чего слова мягко касались затылка, зарывались в волосах.
— Благодарю, но это именно вы научили держать себя. Несколько лет назад на балу, когда впервые увиделись. — Всё стоял, не отходил к месту напротив, Элиана трепетала, подобно расписанному огнём листу на осеннем ветру. Говорить становилось труднее, горло отекало, покрывалось липкой слизью.
— В самом деле? Лестно-лестно, что мои советы хоть для кого-то оказались полезны. Ах, да! — какая знакомая интонация — ласково-шутливая. — Раз уж у нас возникла такая ситуация, то вспомните, что мы говорили на счёт условностей. Мой дом — ваш дом. Между нами не партнёрские отношения, вы — моя гостья. Опустим этикет.
— При этом всём вы сам обращаетесь ко мне официально: отодвигаете стул и много чего другого, что положено делать по этикету, — парировала она, чем заслужила взгляд полный уважения и гордости.
Не могла ни смотреть на него, даже когда пришлось задрать голову, Арон фривольно опирался локтями на спинку стула, наблюдая за гостьей как-то по-кошачьи, вдавливал её в сидение. Ведь видел, как сжалась, как сглатывала напуганно, однако продолжил играться, пугать близостью. Всем видом говорил: «Коснись меня!» Лорд подмигнул, отстраняясь на, казалось бы, жалкие, но такие катастрофически огромные миллиметры. Будь Эли посмелее, остановила бы сразу, и вот руки отпустили опору над плечами, а хозяин наполнил рядом стоящий бокал вином. В этот раз не спросил, будет ли она или нет. Элиана поймала себя на мысли, что непростительно много пьёт рядом с ним, скорее, по воле и милости возлюбленного.
— Это элементарная вежливость. Прошу простить за мою излишнюю старомодность, но не могу я себе позволить так обращаться с женщиной. Поверьте, это меньшее, что я могу вам предложить. — Арон прошёл на место напротив, не отрывая глаз от Эли, в конце многозначительно хмыкнул, смущая.
— Пожалуйста, не наговаривайте на себя. Мне очень приятно, что вы за мной ухаживаете. Даже со стороны моего молодого человека, я не чувствую той заботы, что от вас. Ой! — Элиана прикрыла рот рукой, поняв, что сболтнула лишнего. — Извините.
— Ничего страшного, — после небольшого глотка вина он продолжил. — Неужели молодёжь из нашего круга совсем утратила манеры?