Тонкие пальцы проскользили вдоль ножки бокала, сквозь вино виднелся кровавый, искажённый образ Арона. Стоило лишь посмотреть на него настоящего, тут совершенно другой мужчина: ухоженный, лощенный, в вечно хорошем настроении, с добрыми смеющимися глазами, не то пугающее измазанное бордо лицо, от которого цепенеешь. За маской, которая, казалось, давно слилась, срослась с лордом, не распознать истинных эмоций, под видимой пеленой скрывалось многое, неприступная стена не пропускала вглубь, ловила непрошеных гостей, сковывала льдом. И Эли вязла в тщетной попытке добраться.
— Вы, в самом деле, так думаете? — вопрос прозвучал тихо, а во рту появилась необъяснимая сухость, которую Элиана предпочла запить. — Мне кажется, я не в том положении, чтобы терять голову от чувств.
Глаза-то хитрющие! Опять же, сколько в его образе правды? Вдруг снова паясничал, чтобы разбавить загустевшую обстановку, вернуть расслабленность вечеру. Долго он не отвечал, крутил бокал, тёмно-рубиновое вино прокатилось по тонким стеклянным стенкам, разливаясь ароматом чернослива, вишни и ежевики. На губах осталась капля, поджал, сделал вид, что смаковал. Эти губы были совсем близко к её, стоило только качнуться навстречу, и поцеловались бы. Первородное пламя прокатилось от макушки к ногам, Элиана тяжело вздохнула. Такой идеальный, волнующий шанс прошляпила, грызла поганым червём.
Молчание затянулось. Элиана поняла, что Арон не собирался отвечать. Вот откуда взялась эта, без сомнений дурная, привычка игнорировать простые, лёгкие вопросы? Причём он же мастерски уходил от неприятных тем. Лорд тишиной давил на собеседника, от чего тот чувствовал себя неловко, поэтому сам менял тему, а не ждал милости на продолжение. Но этот раз был другим, важным для Эли, поэтому не отступила:
— Позвольте. Вчера, когда мы говорили в кабинете, вы тогда сказали, что поражены моей сознательностью, а теперь… — под конец вышло немного сипло, от чего Элиана прочистила горло. — Вы предлагаете отбросить здравый смысл, дела, обязательства, и?
— Я не отказываюсь от своих слов, и заметьте, они не противоречат друг другу. Я по-прежнему искренне восхищаюсь вами. В целом вы довольно здраво смотрите на ситуацию, но порой эмоции берут вверх, и не стоит их стесняться и прятать.
Вновь он говорил с подтекстом, отчасти с лёгкой надменностью, покровительственным тоном, сладкая соловьиная песнь лилась с губ, усыпляя. Кто из них ещё друг другу льстил — неизвестно, оба хороши. Но разговор пришлось отложить на неопределённый срок, были у этого и положительные моменты — тема приятнее.
— Симпатичное платье. — Эли на мгновение оторвалась от тарелки, встретилась с внимательно разглядывающим её хозяином. — Я бы сказал, что оно идеально отражает ваш характер.
— Это, вероятно, лучший комплимент что я слышала о себе… Хотя подождите, вы больше о мастерстве портного высказались, чем обо мне! — откуда в ней столько смелости? Что за внезапный порыв перечить? Она ожидала увидеть после выпада укор, каплю раздражения, возмущения, а получила улыбку.
— Ох, что это я, в самом деле! Простите ли вы этого пьянчугу, что нанёс ужасное оскорбление такой деве невероятной красоты? — Если до этого в его глазах была щепотка перца, то сейчас даже Элиана чувствовала, как пекла острота.
— Могу ли я потребовать исполнение моего желания в качестве наказания? — сначала выпалила, не подумав, а теперь Эли сгорала от стыда, вот кто запьянел от бокала.
— Конечно, ваших хоть десять! — гостья смутилась, повезло, что шуточный диалог закончился.