— Нет-нет, ни в коем разе! Так интересно узнавать о себе много нового…
Перед глазами встал эпизод в ванной, тогда Эли очень много нового о себе узнала. Милое личико скуксилось, что не осталось незамеченным, но Арон лишь убрал пряди, которые лезли в глаза. Вторая его рука до сих пор удерживала рядом, не давая убежать, маленькие ладошки легли на широкие плечи.
— Поверьте, я крайне эмоциональный человек, и даже завидую вам, вашей выдержке.
— Но, — Элиана не успела договорить, Арон остановил жестом.
— Просто поверьте. Я не горю желанием обижать вас, подкрепляя слова действиями. Это было бы непростительно с моей стороны. Но порой я не такой идеальный, каким, возможно, вы меня считаете, — лорд бессовестно перебил, заткнул, а Эли даже не обиделась.
Это же Арон, а когда тоже делал Марк, то она взрывалась, обижалась, пыталась язвить в ответ, фыркала, всеми доступными средствами показывала недовольство. На молодого человека такие уловки не действовали, он не стремился извиняться и уж тем более меняться, чем больше бесил. Где манеры? Почему не проявить уважение к собеседнику? Сложно тактично промолчать? Хотя для его семьи — обычное дело. Элиана замечала, как родители будущего мужа частенько перебивали друг друга за столом, у их сына просто не было положительного примера перед глазами, не смог вырасти другим.
Арон никогда не перебивал без надобности, так что Эли совсем не злилась, или прощала ему всё, на что-то закрывала глаза, ведь безмерно любила? От последних сказанных слов почувствовала вкус лжи, бессовестной и наглой, что так легко слетела с его губ. Он не обидит, ни за что! Ладони с плеч проскользили вниз по рукам, Элиана последний раз прижалась к возлюбленному, после чего отстранилась. Пара продолжила неторопливую прогулку.
— Мне очень приятно, что вы обо мне столь высокого мнения, — внезапно сказал Арон, от слов на душе растеклось эфирное масло сандала. — Но многие бы с вами поспорили на довольно кругленькую сумму. Думаю, их аргументы, истории бы вас переубедили.
— Я бы так не была уверена. Как бы убедительно не звучали слова, я привыкла больше доверять действиям, что видела сама, — слова стрелами свистели в воздухе, казалось, их шуточная перебранка набирала обороты, сам же подстёгивал, привёл к этой теме, хотя вроде закончили. Лорд как-то хищно ухмылялся.
— То есть вы мне не верите? — Его глаза сверкнули в холодном свете фонаря, от чего Эли сжала, даже захотела повернуть время вспять, чтобы ответить по-другому.
— Сейчас не верю, — холодно, уверенно, без запинки. — Вы столько для меня делаете, хотя совершенно не обязаны. Разве это плохо, мерзко? Нет, совсем нет! Наоборот…
— Возможно, вы знаете другого меня, нежели мои друзья, — второй раз за столь короткий срок перебил, оборвал на полуслове.
— Я знаю то, что вижу, а вижу я, что вы очень добрый, хороший, справедливый. Пусть и не всегда честный, — добавила она уже тише.
— Есть такое… Самую малость, — после цитаты слов гостьи, округ огласил заливистый смех.
— Вот вам смешно, но знайте, вам я готова верить полностью, каждому слову, пусть это и будет явной ложью. Знайте, я всё равно поверю, — голос утихал с каждым новым словом, воздух, будто съедал звуки, оставляя лишь их силуэты.
— Вот как! — из-за недавней оглушительной симфонии этот возглас казался каким-то далёким, гулким. — Значит, слепо поверите, несмотря на откровенную ложь, — произнёс Арон задумчиво, смакуя мысль.
Через несколько шагов пара уже стояла на крыльце поместья, ночной сумрак завладел округой без боя. Всё меньше света в окнах поместья, слуги разбежались отдыхать после тяжёлого трудового дня, что не скажешь о хозяине с гостьей, которые только шагнули внутрь. Арон лично проводил Элиану до дверей её комнаты.
— Отдыхайте, тият, иначе запасы в моём погребе не доживут до конца недели. — Оставил сдавивший сердце поцелуй на руке.
— Я просто буду аккуратнее.
***
Завтрак на следующий день начался позже, неудивительно, ведь Эли так долго не спала, скопила усталость. Арон, судя по всему, проснулся в обычное для себя время, тревожить гостью не стал, но на предложения составить компанию за чашечкой чего-нибудь — согласился, поэтому сейчас вместе на веранде отдыхали. В приподнятом настроении потягивал чай, от кофе он категорически отказался, хотя зачем ему, ведь хозяин поместья и без того всегда бодрый, что в полночь, когда многие уже спят, что с рассветными лучами. Элиана искренне восхищалась его манере держать себя, радушием, которое он расплёскивал. За едой держала осанку, ела аккуратно, по всем правилам этикета, пока лорд свободно облокотился о спинку кресла. Его чашка была в руках совсем не над столом.