После вежливого поклона служанка вышла, а Элиана продолжила изводить душу томительным ожиданием. Мысли вихрились, отдавая сводящим с ума, непрекращающимся гулом, будто тысячи голосов заговорили одновременно, перебивая, воя. В груди нестерпимо жгло, заволакивало дымом удушающим, кололо металлическими иглами, маленькая ручка комкала ткань платья, в попытке унять боль. Кулачок глухо стукнул по столу, за ним последовал едва различимый шёпот: «За что?» Будь в комнате кто-то ещё, вряд ли бы прозвучал ответ на вопрос. Никто бы не услышал тихий шелест губ. Эли сама не в состоянии найти подходящих слов, те ускользали в последний момент, едко насмехались, исчезая во тьме. Перед глазами Арон, тонкие пальцы прошли сквозь призрачную, образную оболочку, но видение не исчезло. Сердце по-звериному взвыло от тоски, когти оставляли борозды, от которых останутся длинные шрамы.
Как у поломанной марионетки, голова рухнула в ладони. Морозно. Ледяно. Безжизненно. Гадкие слёзы не унесли тягучую горечь. Любовь не щадила, наоборот, изматывала, безумно скалясь. Повинуясь внезапному порыву, Эли вскочила с места, распахнула окно. Свежий, сладкий аромат, дневной зной ослепили сознание, кругом зелень, местами яркие вспышки цветов. Если бы не гости, она бы гуляла с Ароном, слушала его истории, прикасалась к нему. Чудовище в груди ожило, задело когтистой лапой раны, что потихоньку зарастали коркой. Да, могла бы. Могла бы, но теперь приторные мечты таяли сахаром в чашке кофе.
Время тянулось до ужаса медленно, казалось, будто и вовсе издевательски замерло. Познакомившись с Марком, Эли поняла, как сильно ненавидит непунктуальных людей и в целом ожидание. В ней маленькой и хрупкой просыпался ураганный гнев, который зачастую выливался наружу рычащими словами. С Ароном она себя так не вела: не перечила, утыкала глазки в пол и боялась вздохнуть, злость смущённо прикрывалась веером. Какая вообще злость? Она и не появлялась, Элиана забыла это чувство.
Марк. Почему в воспоминаниях всплывал один негатив о нём? Эли закусила губу. Он странный, совсем не идеальный, но неплохой, с ним было приятно проводить время, даже весело. В мыслях всплыли образы игривых лучей феала на смеющихся лицах; двух всадников, что мчались на спор, обгоняя друг друга; всполохи пламени от костра на берегу озера в ночном мраке. Запах дыма и лепёшек, которые они переготовили, потрескивание веток, далёкий шум обитателей леса и шёпот разговоров. Элиана забыла, о чём тогда говорили, ни темы, ни слов — лишь образы, высеченные каменными статуями в сознании.
Одно имя потянуло за собой высоченную гору тёплых сердцу воспоминаний. Как быстро Цветочек приняла Марка со всеми недостатками, как на большую часть закрывала глаза. Он-то не идеален, в отличие от Арона.
***
Кое-как обдумав и приняв слова Марка, Элиана смирилась с судьбой, раз родители так решили, то так будет лучше для всех. Поэтому она подыгрывала: с уже неподдельной радостью соглашалась на встречи, много времени проводила с женихом, а через год появились робкие поцелуи в щёку. Цветочек в первый раз очень напугалась и как обычно застеснялась. Инициативу проявил он, ошеломив, как ошпарил, быстрым касанием губ.
Однако ярче в память врезался другой случай, он заставлял расцветать улыбку. Эли сама изъявила желание устроить мероприятие, обязательно позвать семью Авель, мотивируя, что очень соскучилась. Счастья у родителей не было предела, естественно, они согласились, слова в упрёк не сказали. Только забросали организационными вопросами, от чего дочь поплыла, но её быстро успокоили. Сердце требовало чего-нибудь особенного, необычного, чего не видела раньше. Оригинальное. Что бы такого сообразить?
Идея появилась внезапно, через пару дней за ужином. Родители успешно заключили очередную сделку и по такому случаю открыли коллекционную бутылку вина.
— Можно мне тоже попробовать? — осторожно поинтересовалась Эли.
— Хорошо, но только полбокальчика, — довольно строго разрешила Далия.
В бокале, словно нежное закатное небо, пахнущее полевыми цветами и при этом изысканной розой. Эли долго разглядывала вино, катала по стеклянным стенкам, вдыхала шёлковистый аромат. Аромат нежный, тонкий и элегантный, напоминающий по настроению вальс, приятная прохлада разлилась во рту, кружась на языке сладостью спелой клубники. Вкус растворился, доходя вишневой и ванильной симфонией.