— Не волнуйтесь, я просто посмотрю, — со всей серьёзностью заверил доктор.
После неуверенного кивка он задрал блузу до груди, дальше не пускали пуговицы. На животе и рёбрах наливался фиолетом синяк, Эли громко сглотнула, ведь всё походило на внутреннее кровотечение, конечно, как ей казалось. Беспалая ладонь застыла в нескольких миллиметрах над кожей, снова приятная щекотка, не касался тела, просто изучал. Лицо мага же оставалось беспристрастным, не видно ужаса, обеспокоенности, как и радости, успокоительной улыбки. Минуты неповоротливо долго переваливались стрелками часов, а назойливое тиканье выщёлкивало разум. Вот-вот огласят вердикт, Элиана боялась смертельного приговора, собственная смерть виделась фантастическим сном, голова только пухла от разрывающих в клочья мыслей.
— Могу я попросить вас снять или хотя бы расстегнуть верх?
Эли без препирательств, да и особого смущения расстегнула дрожащими руками пуговицу, а вот следующие уже не поддавались — пальцы соскальзывали. Кого ей бояться сейчас? Арон же не смотрел, а тут врач, которого не стоило стесняться.
— Я могу помочь.
— Я сама, спасибо. — Гладкие пуговицы никак не хотели расстёгиваться от трясущихся пальцев. Элиана радовалась, что не почувствует чужих прикосновений. Лукавила, стеснялась мужского взора на себе. — Со мной что-то не так?
— Пока не могу понять. С животом ничего страшного, простой ушиб, — успокоил врач. — Я только посмотрю.
За пару минут блуза оказалась полностью расстёгнута, бежевая ткань истрепалась, местами порвалась, а красивый оттенок посерел, раскрашен грязью, пылью, кровью. «Теперь это ни на что негодная тряпка», — с грустью вздохнула Эли, мгновенно съёжившись от боли. Врач в этот раз накрыл ладонями рёбра, от чего осматриваемая поморщилась, зашипев сквозь зубы. От рук под кожей, будто струился тягучий, тёплый, обволакивающий бальзам. Он растекался по груди, животу, после чего становилось легко, глубокие вдохи не приносили мук. Так необычно чувствовать на себе магию врачевания, что Элиана поначалу не поняла происходящего. Странные ощущения, от которых хотелось сбежать, но не потому, что те болезненные. И жутко осознавать, что в тебе двигается какая-то субстанция по велению мага, а сам не можешь никак повлиять на процесс.
Эффект от магии теплился в теле Элианы ещё несколько минут, после чего врач убрал руки. Странные ощущения исчезли, будто их и вовсе не было. Леди чуть шевельнулась, приготовилась в боли, но той не последовало. Дёрнулась, встрепенулась, непонимающе посмотрела на доктора.
— Это всё? У меня всё прошло? — удивлённо проговорила она, не веря, что такое возможно. — Мне совсем не больно.
— Вот и хорошо! Но я настаиваю, чтобы вы не сильно радовались и не перенапрягались. Чрезмерная нагрузка может развеять эффект, если не сделать хуже. Я ещё предупрежу Арона на этот счёт, а вы не болейте.
Врач ушёл, и, судя по обрывкам фраз, сразу же наткнулся на хозяина. Эли в разговор не вслушивалась совсем, решила, пока есть время привести себя в вид знатной дамы. Неспешно поднялась, голова не закружилась, не засвербела тошнота, живот и грудь не взвыли болью. Руки немного потряхивало, тому виной приключение на охоте, в целом ощущения привычные, всё как всегда. Испорченная блуза скинута у кровати, ноги уверенно ступали по полу, пока пальцы возились с застёжками лифа, бельё беспечно откинуто к одежде. Распахнулись створки шкафа, одновременно с дверью в комнату. Вдали коридора проноситься одинокое, однако громкое: «Эгоист», — голосом мага-доктора. Когда с порога хозяйское язвительное: «Ох, Томас!» Элиана съёжилась от звука шагов в её сторону, проглотив язык, прижав руки к груди.
— Леди, а вещами разбрасываетесь, — укоризненно произнёс над самом ухом, в ответ пропищала просьбу выйти. — Не расслышал, повторите.
— Покиньте, пожалуйста, комнату, — всё ещё неразборчиво шептала мышкой Эли, а от его руки, что протянулась к одежде в шкафу, вскрикнула. — П-прошу, я хочу одеться.
Снова страх сковал невинную душу, единственное, в этот раз немного другой. От нового Элиана тоже оцепенела, но опасности не чувствовала, не испытывала ужаса, от которого хотелось бежать без оглядки. Замерла покуда перед глазами мелькали наряды из разных тканей и всех цветов, пока рука не зацепилась за одно из платьев, доставая. Толком не успела рассмотреть наряд, когда в спину пролетело банальное: «Как вам?» Неосознанно Эли повернулась к Арону всем корпусом, совсем забыв, что обнажена, вспомнив, стало слишком поздно. Любимый не смотрел на грудь, лишь на пылающее алым лицо, слезливые глаза, рот, раскрытый в немом крике. Девичьи ладошки полностью скрывали сокровенные места от наглого, похотливого взора, если бы такой нашёлся.